Следующее утро показало всю "прелесть" малоподготовленного состава. И если эстолы преодолевали путь по лесу стройным отрядом, шагая в ногу, то вот вчерашние уголовники были похожи на стадо баранов. Один где-то серьезно подвернул ногу и не смог идти без помощи; другие, группой из девяти человек, разыскали во время очередного привала родник и напились из него воды, предпочтя ее той, что была во флягах. В результате этого, ко второй половине дня у них скрутило животы, и им пришлось бегать в кусты каждые полчаса, что сильно задерживало наше продвижение.

В итоге программу максимума мы не выполнили, а это означало предстоящую ночевку в лесу. Командир эстолов обозвал нас "тупыми, ни к чему не приспособленными дебилами", а затем выделил несколько человек из элитников и отправил их на прочесывание территории, чтобы обезопасить наш ночлег.

Когда же они вернулись, то принесли не радостные новости. Двое их них были убиты магической эльфийской ловушкой, из-за чего было решено отправить гонца в форт, чтобы определиться с дальнейшими действиями. Да, можно было сделать крюк и обойти опасное место, но оставлять за спиной потенциального врага никто не хотел. А потому все теперь зависело от приказа полковника Дорста, так как по уставу такие вопросы командиры взводов решать не могли.

Как итог, этой ночью мы не спали, а находились в состоянии постоянной боевой готовности, чтобы ночью не пришли эльфы и не перерезали весь личный состав. Гонец явился телепортом лишь под утро, сообщив обозленным солдатам, что полковник Дорст дал добро на зачистку, но велел дождаться прибытия каких-то "блокираторов".

Блокираторами оказались военные маги-офицеры в количестве трех человек, обвешанные всевозможными рюкзаками и устройствами. Они выяснили у эстолов в каком месте те обнаружили эльфийские следы, после чего мы снова двинулись вперед. Не дойдя примерно двести метров до начала территории с ловушками, они велели нам расчистить землю от валежника и кустов, а затем начали собирать какое-то устройство, так похожее на конструкцию из аквариумов и зеркал, что я видел в форте, только намного меньше и компактнее. Как я узнал позже, эта штука полностью блокировала магию в определенном радиусе, в том числе и ловушки. И только готовые заклинания эстолов, запечатанные в браслеты, не подвергались ее воздействию. Фактически люди лишили эльфов возможности к магическому сопротивлению.

Наш взвод шел первым и очень неуверенно. Новобранцы не горели желанием ступать на опасную землю, опасаясь принять на себя первый удар. Однако, все прошло без потерь, и в какой-то момент мы очутились в месте, где сплошь и рядом были видны следы поселения разумных существ: тропки между деревьев, натянутые канаты, крупные дупла в гигантских стволах и несколько непонятых приспособлений, обмотанных какими-то тряпками. Все указывало на то, что длинноухие в спешке покинули это место. По крайней мере, так думали солдаты.

Но командир эстолов считал иначе. Он долго ходил по территории деревни с двумя подручными, которые постоянно направляли свои браслеты то в одну, то в другую сторону, а затем словно прислушивались. В какой-то момент лицо главного элитника прояснилось. Он приложил палец к губам и знаками передал Тронтеру послание, суть которого понял лишь он. Нас рассредоточили по периметру поляны, после чего эстолы направили браслеты на исполинское дерево. Оно мелко завибрировало, а затем разлетелось в труху, На землю посыпались мелкие кровавые опилки, перемешанные с чем-то, похожим на мясной фарш. Оказалось, что это были останки часовых, затаившихся внутри пустого ствола и охранявших вход в подземелье прямо под его корнями. Элитники немедленно отправились вниз, а нас так и оставили охранять периметр.

— А ну пошли ублюдки, живее, живее, — голос командира элитного отряда эхом доносился из зева пещеры.

Из проема начали появляться измученные лесные жители: мужчины, женщины, старики, дети. Они все прибывали и прибывали, сбиваясь в кучу по центру деревни. В какой-то момент их стало больше чем нас. Вот только они были лишены и оружия, и магии а потому не могли оказать сопротивление. Несколько эльфийских старейшин образовали заслон вокруг своих семей, словно пытались их закрыть собой. Затем от них отделился убеленный сединой старик и обратился к нам с речью:

— Люди! Мы признаем вашу силу и готовы немедленно сдаться. Пощади…

Он не договорил. Командир эстолов вытянул руку вперед, и с нее сорвалось что-то, похожее на красную молнию, а через секунду тело старейшины осыпалось пеплом. Вокруг раздались визги женщин и следом послышался плач детей, от которого мне стало не по себе. Я не любил длинноухих, но никогда не считал, что они не достойны жить. Все что я хотел, находясь в Кастании, так это лишь того, чтобы они перестали вмешиваться в жизнь людей.

— Еще? — глава эстолов обвел злобным взглядом собравшихся, — Кто еще желает повторить?

— Пощади-и-и, — ему в колени бросилась старуха и стала хватать его одежду, — Пощади…

— Тронтер! — командир элитников пнул ее по лицу, а затем вопросительно посмотрел на моего начальника. — Не хочешь дать своим отморозкам повеселиться?

Я ошеломленно уставился на своего начальника. Пожалуй из всех военнослужащих, он был единственным человеком, к которому я испытывал симпатию. Всегда рассудительный и невозмутимый лейтенант, который даже пытался меня защитить перед Дорстом…