Она подумала, не слишком ли быстро разыграла свои карты. Или она вообще ошиблась. Она не знала.

— Ты молодец. — Он не выглядел обеспокоенным или сердитым (о том, что ее очевидный дискомфорт позабавил его, она вспомнит позже). — Но боюсь, тебе придется стараться лучше. — Пауза. — На этот раз.

И в тот момент, когда он прижал ее к стене, ее мир рассыпался на части.

— Это ты, — тихо проговорила она. — Это ведь ты?

Он не ответил, но уголки его рта слегка приподнялись. Ее чуть не стошнило. На мгновение она искренне поверила, что так и будет.

— Скажи мне свое имя.

— Попроси меня вежливо — ты задолжала мне такую любезность, тебе не кажется? — Он оперся рукой о стену. — Или, может быть, ты хочешь сделать еще одно безумное предположение. Я даже не буду припоминать тебе первые два.

Нет. Нет, нет, нет, нет, нет, нет.

—Т-ты сказал... ты сказал, что тебя зовут не Гэвин.

— Нет, — Он коснулся другой рукой стены рядом с ее плечом, и ее колени подогнулись. — Я этого не говорил. Если помнишь, я просто сказал, что ГМ означает что-то другое. О чем ты уже догадалась.

— Гроссмейстер. — Она произнесла это слово одними губами. Внезапно Вэл поняла, как близко его лицо оказалось к ней. Ее сердце дрогнуло, и она сказала:

— Ты шел за мной по коридору.

— Возможно.

— Нет, — прошептала она, и это «нет» значило так много для нее — и абсолютно ничего для него. Она почувствовала, как наворачиваются слезы на глазах и отвернулась, не желая смотреть на него. Не желая видеть, как он смотрит, что она плачет. — Я закричу.

— Пощади меня, дорогая. Ты не сделаешь ничего подобного. — Его пальцы прошлись по следам ее слез. Они были грубыми, теплыми — настоящими. Он приподнял ее голову. — Не заставляй делать тебе больно, — мягко сказал он. — Не вынуждай меня причинять боль твоим друзьям.

— Ты бы не стал… — Она сделала глубокий вдох. Он бы так и сделал. — Отпусти меня. Отпусти меня прямо сейчас.

Дверь позади них открылась, и по комнате пронесся луч желтого света.

— Как пожелаешь.

Прежде чем Вэл успела возразить, он небрежно толкнул ее, и она растянулась на свету. Роза в ее волосах (она забыла о ней) высвободилась и беззвучно упала на пол. Вэл не испытала такого удовольствия. Она свалилась на бок — тяжело и с громким стуком, от которого содрогнулись доски, — ощутив немедленную пульсирующую боль.

Она почувствовала, как две руки сжали ее плечи, испугав ее окончательно. Она резко вдохнула, издав странный звук, похожий на крик чайки.

— Вэл? Господи, Вэл. С тобой все в порядке?

Вэл смутно осознавала присутствие своего парня, когда он опустился на колени рядом с ней.

— П-прекрасно, — проговорила она, приподнимая край блузки на несколько дюймов. Прямо над бедром у нее образовался отвратительный синяк. Своими зелеными глазами она уставилась на ГМ — Гэвина, который все еще стоял, прислонившись к стене, молчаливый, как смерть.

«Почему он толкнул меня? Он не...»

О нет, нет.

Она повернулась к Джеймсу с колотящимся сердцем.

— Ты нашел еще кого-нибудь?

— Что?

— Ты нашел еще кого-нибудь?

— Нет. Это единственное место, куда я не заглядывал. Я...

Вэл всхлипнула.

— Вэл? Что случилось?

Он точно рассчитал. Он все спланировал.

Она открыла рот, чтобы сказать Джеймсу, предупредить его, но не успела. Мягкий звук, похожий на звон колокольчиков, привлек ее внимание обратно к затененному дверному проему, когда ГМ вышел из тени. Едва заметная улыбка появилась на его губах, когда он сказал:

— Боюсь, ты проиграла. Штраф, Вэл.

Глава 7

«Висячие пешки»

Висячие пешки — шахматный термин, означающий пару расположенных на смежных вертикалях пешек, не защищенных другими пешками.

«Штраф, Вэл».

Эти слова потрясли ее до глубины души.

Джеймс сжал ее плечо. Вэл прислонилась к нему, благодарная за успокаивающее присутствие. Гэвин изучал сначала Джеймса, затем ее, начав с балеток и медленно поднимаясь к лицу. Он не стал утруждать себя тонкостями, и очевидная оценка заставила Вэл покраснеть от гневного унижения и страха.

(Я бы не возражал, если бы она разглядела во мне животное)

Похоже, его больше не волновало, видит ли она его темную сторону. Да и зачем? Она уже здесь.

Когда он посмотрел Вэл в глаза, она не смогла прочесть ничего о его намерениях. Но могла догадаться, о, она догадывалась. Не отводя взгляда, он обратился к Джеймсу:

— Ты сослужил свою службу. Иди и найди остальных. Пусть они соберутся для следующего раунда. Скажи им, что я спущусь... скоро.

«О нет».