– Тарзан! Давно не виделись, – пробормотал Аллистер, пытаясь обойти стороной внезапное препятствие в виде начальника охотников.

– Забываешься, Ал. Или забыл, как меня зовут?

– Не закипай, Эй Джей. Я шучу.

– Смотри, дошутишься.

– Смотрю, – огрызнулся Аллистер и, поняв, что ему не избежать разговора, скрестил руки на груди. – Тебе чего?

– Я слышал, что у тебя новая дама сердца?

– Что? Ты про что?

– Хелена. Или уже забыл, как её зовут?

– Ничего я не забыл. А тебе что за дело?

– Странный выбор.

– Мой выбор, не твой. Тебе чего? – всё больше раздражаясь, Аллистер чувствовал, что вот-вот закипит сам, хотя только что просил Эй Джея этого не делать.

– Оставь её, Ал. По-дружески предупреждаю.

– С чего вдруг? – Аллистер напрягся. Что за радость этому засранцу печься о судьбе Хелены?

– Я говорил с её отцом…

– Отцом?

– Дай закончить. В общем, у Хелены… не всё в порядке с… головой.

– Что? – Аллистер искренне удивился и не смог этого скрыть.

– Слышал, что случилось с тем, с кем она встречалась до тебя?

– Н-нет. С чего это мне беспокоиться?

– Неудивительно, они ведь совсем недавно приехали из города… В общем, скажу тебе так – тебе будет лучше, если станешь держаться как можно дальше от этой девки.

Поняв, что Эй Джей печётся не о себе, желая заполучить девушку, а о самом Аллистере, тот удивился ещё больше.

Пока Аллистер раздумывал над мотивами Эй Джея, тот хмыкнул и неторопливой походкой прошёл мимо в направлении водопада, чуть задев молодого человека плечом. Вздрогнув, как от удара током, Аллистер с ненавистью посмотрел вслед своему соплеменнику, сплюнул, выказывая этим наивысшую степень презрения, и вышел из чащи к посёлку.

Жизнь здесь текла своим чередом. Девушки готовили ужин – единственный приём пищи за день, на котором собиралось всё племя. В остальное время жители поселения могли готовить себе сами на маленьких огнищах, расположенных по краю посёлка у каждой хижины.

Мужчины сами себе не готовили, а детьми здесь считались до четырнадцати лет, поэтому с раннего возраста мальчики искали себе спутницу жизни. У Аллистера первая «возлюбленная» (на деле просто служанка) старше его самого на пять лет появилась, когда ему самому было двенадцать. В тот год он сильно вытянулся, а из-за постоянных занятий плаваньем его тело было хорошо развито, поэтому желающих было хоть отбавляй.

С тех пор у него сменилось около десяти постоянных сожительниц. Хелена была одиннадцатая. И это ещё не считая многочисленных мимолётных интрижек, благо поселение у них было не маленькое – больше тысячи молодых людей, парней и девушек. Старшее поколение, чьи дети уже доросли до взрослого возраста, уезжало в город, кроме небольшой группы старейшин, состоящей, как правило, из девяти человек. Но и они, достигнув 50-летнего возраста, отправлялись в город.

Обогнув поселение, обсаженное мелким кустарником, с правой стороны, Аллистер оказался у своей хижины. Заглянув через щели, вырезанные для проветривания хижины, Аллистер убедился, что Хелены там не было, отогнул полог и скользнул в прохладную тень. Ему нужно было подумать в тишине.

Кожу, нагретую жаркими лучами солнца, слегка покалывало, и мужчина, проворочавшись несколько минут, наконец застыл на левом боку – так соприкосновение тела с листьями было наименьшим.

– Аллистер, наконец-то явился. Пошли.

Обернувшись, Аллистер успел увидеть, как упал полог за внезапным непрошеным гостем. Ему не нужно было видеть посетителя, чтобы по голосу узнать начальника стражи. Почувствовав неладное, он нехотя поднялся и побежал догонять высокую статную фигуру, удаляющуюся в большую хижину, построенную за пределами поселения и служившую штабом охранников.

Нырнув под полог, Аллистер поёжился – ветер с океана здесь, на самом берегу, дул ещё сильнее, а потому в хижине было довольно прохладно.

– Говори, – начальник охраны, успевший усесться на большом бревне, смотрел на Аллистера строгим взглядом. Ничего хорошего это не предвещало.

– О чём говорить, Алекс? Что-то случилось?

– Не строй из себя дурачка, Ал. Ты знаешь, о чём я хочу с тобой поговорить.

Аллистер со вздохом плюхнулся на кучу листьев, лежащую в углу хижины, и начал деловито рисовать пальцем на песчаном полу, выказывая своё равнодушие к происходящему. Александр, начальник охраны, был немногим старше Аллистера, они дружили с детства, поэтому он не внушал никакого страха.

– Ну? – Александр начал терять терпение, видя свою беспомощность перед высокомерным подчинённым.

– Что «ну»? Если ты меня не спросишь о том, о чём хочешь спросить, я не смогу тебе ответить.

Александр зарычал, вскочил с бревна и рванулся было к Аллистеру, как будто намереваясь его ударить, но, увидев злой твёрдый взгляд своего подчинённого, остановился и сел на пол у его ног.

– Заходил Дилан…

– А, я понял, можешь не продолжать! Донёс на меня этот сукин сын? – Аллистер улыбнулся про себя: он знал, что Дилан не стерпит и доложит начальству о его проступке. Это ему было и нужно.