Несмотря на напряженность, Энн невольно восхищалась своим сообщником, так хорошо справляющимся с деликатной, нет — взрывоопасной ситуацией. Она всегда считала, и довольно справедливо, что обладает немалым запасом мужества и находчивости, но сейчас не сумела бы вести беседу, не выдавая беспокойства. Да, Энн восхищалась Джимми, но все-таки ей бы хотелось, чтоб он держался понезаметнее. А вдруг он изображает этого Крокера непохоже, и Скиннер или лорд Уизбич усомнятся в том, что видят? Надо бы предупредить, чтобы поубавил прыти, но сидели они по разные стороны огромного стола.

Джимми между тем наслаждался от души. Он чувствовал, что сейчас поистине вносит в дом свет и сладость, и купался в блаженстве. Ему нравилась еда; нравилось, как отец играет роль дворецкого; нравились забавные полудурки, которые, как оказалось, тоже живут в этом желанном пристанище. Жаль только Пэтт ушел! К нему он испытывал сильнейшую симпатию и сделал мысленно зарубку: не теряя времени, надо излечить старикана от пагубной привычки. Ну что это, в самом деле? Зачем он позволяет, чтобы контора портила ему жизнь? Хорошо бы устроить пикничок с Пэттом, отцом и компанией… Но тут его мечты были прерваны. Вскинув от тарелки глаза, Джимми обнаружил, что все обедающие уставились на Уилли Патриджа, а тот сверкает глазом на пробирку, которую достал из кармана и положил рядом с тарелкой.

— Порошка хватит, чтоб пол-Нью-Йорка разнести! — небрежно бросил он.

Тишину взорвал гром и грохот на заднем плане — Крокер выронил электрическую кастрюлю.

— А вот оброни я эту пробирочку, — воспользовался Уилли подвернувшимся случаем, — никто из нас тут не сидел бы!

— Не надо ронять, — посоветовал Джимми. — Что в ней?

— Патриджит.

Миссис Пэтт, совершенно белая, поднялась из-за стола.

— Уилли, как ты мог! — вскричала она. — О чем ты только думаешь?

— Тетя Неста, опасности нет ни малейшей, — снисходительно улыбнулся Уилли. — Взрывается оно от удара. И только. Я целое утро таскаю его в кармане.

И он обласкал пробирку тем взглядом, каким любящий родитель ласкает свое дитя. Но миссис Пэтт эти слова не убедили.

— Ступай, спрячь ее подальше. В дядин сейф!

— Да я кода не знаю…

— Позвони дяде в контору и спроси!

— Ладно, раз уж ты настаиваешь, тетя Неста. Но опасности никакой.

— Да не тащи ты ее с собой! — завизжала миссис Пэтт, когда он, поднявшись, потянулся за пробиркой. — Еще уронишь! Потом заберешь!

— Ладно…

Беседа после его ухода увяла. Как труп на пиру египтян, лежала пробирка, лишая компанию веселости. Говард Бемис, сидевший рядом с ней, все отодвигался бочком, пока чуть не столкнул Энн со стула. Вскоре вернулся Уилли, небрежно сунул пробирку в карман, и снова вышел.

— Если услышите внезапный гром и обнаружите, что летите, — заметил Джимми, — это оно самое и есть.

Вернувшись, Уилли снова занял место за столом, но веселье улетучилось. Голос Кларенса упал до шепота, Говард уже не мог рассуждать о влиянии Эдгара Ли Мастерса на современную литературу. Миссис Пэтт покинула столовую, следом за ней — и Энн. Разбрелись и гении, кто куда. Допив кофе и закурив сигарету, Джимми обнаружил, что остался наедине со своим старым приятелем и что приятель этот вот-вот пустится в откровенности.

Светловолосый пэр начал с того, что подошел к двери и выглянул. Проделав это, он вернулся на место и пристально уставился на Джимми.

— В чем ваша игра? — осведомился он.

— Простите? — ответил Джимми, лукаво и ласково глядя на него.

— Хватит! — резко прикрикнул лорд. — Говорите толком! Нас могут прервать в любой момент. Как вас зовут? Зачем вы здесь?

Джимми вскинул брови.

— Я — блудный племянник, вернувшийся в стадо.

— Кончайте придуриваться! Вы из группы Поттера?

— Кто такой Поттер?

— А то вы не знаете!

— Нет, не имел счастья его лицезреть.

— Правда?

— Абсолютная и чистейшая.

— Значит, от себя работаете?

— В данный момент я не работаю. Ходят разговоры, что неплохо бы мне окончить заочные курсы монтировщика спаржи.

— Ой, сил моих нету! Что вы крутите? Чего не раскроете карты? Оба мы явились сюда ради одного и того же! Нет смысла срывать задание.

— То есть, вы хотите внушить мне, будто я не ваш старый друг Джимми Крокер?

— Будь вы Крокером, вы бы не стали притворяться, будто узнали меня. Да я чуть не спекся, пока вы не подмигнули!

— Вот бы вы влипли, — улыбнулся Джимми, — будь я и вправду Крокером! Кстати, а кто вы?

— Ребята зовут меня Джек-Джентльмен.

— Почему? — удивился Джимми.

Лорд Уизбич отмахнулся от неуместного вопроса.

— Работаю сейчас на Бэрка. Слушайте, давайте по-умному.

— Что ж, буду прямым, как шнурок…

— Кто-кто? Нырок?

— Надеюсь, вы собираетесь играть в открытую.