— Лираэль! Лираэль! Что происходит?

Лираэль не отвечала. Она висела с внешней стороны борта, изо всех сил пытаясь забраться обратно на палубу. Когда раздался женский крик, брус мачты сам собой развернулся и сильно ударил Лираэль по плечу. Она выпала за борт и теперь ничего не соображала. К счастью, девушка успела ухватиться за перила на борту и повисла на них. Искательница заваливалась набок, и была реальная угроза, что она опрокинется на Лираэль всей своей тяжестью.

Затем Искательница вдруг внезапно выпрямилась, и Лираэль влетела обратно. Она упала на ком, состоящий из одеял, Сэма, Собаки, Моггета и багажа. Все это было залито водой. В лодке царил ужасающий беспорядок.

В это время Искательница вошла под Высокий мост. Из солнечного света они попали в странные холодные сумерки. Раттерлин втекала в огромный каменный туннель.

— Да что там случилось? — спросил Сэм, когда наконец выбрался из груды мокрых одеял и одежды. Лираэль уже снова стояла у руля, абсолютно мокрая. Она держалась рукой за какой-то выступ на корме.

— Знаешь, — сказала она, — я думала, что Искательница сошла с ума, пока не увидела вот это.

Сэм пробрался к ней. Одеяло волочилось ему вслед. Под Высоким мостом темнота не была абсолютной, потому что от входов в туннель проникал свет. Это был какой-то странный свет, словно солнце с трудом пробивалось сквозь туман, а затем еще отражалось в воде. Собака рванулась, чтобы тоже посмотреть на корму, а Моггет презрительно фыркнул и принялся вылизывать свою шерстку, чтобы поскорее просохнуть.

Когда Собака увидела, что держит в руках Лираэль, то оглушительно завыла. На левой палубе зияла огромная дыра, как раз на том самом месте, где сидела Лираэль в тот момент, когда Искательница сбросила ее в воду. В руке Лираэль зажала арбалетную стрелу, которая и пробила дыру. Ее древко было выкрашено в белый цвет и украшено вороньими перьями.

— Она чуть не попала в тебя! — воскликнул Сэм и засунул в дыру три пальца.

— Спасибо, Искательница, — сказала Лираэль и нежно погладила руль. — Смотрите, что стало с моей бедной лодкой.

— Тебя убило бы на месте, даже если бы на тебе были доспехи, — мрачно проговорил Сэм. — Это боевая стрела, а не охотничья. И очень хороший выстрел. Слишком хороший, чтобы быть настоящим.

— Не исключено, что они снова попытаются это сделать, на другой стороне или даже раньше, — сказала Лираэль и в ужасе оглядела камни над головой. — Там есть какие-нибудь проходы, не знаешь?

— Понятия не имею, — ответил Сэм. Он проследил за ее взглядом и увидел лишь сплошной желтый камень. Но своды уходили на несколько сотен футов ввысь, а свет был такой неверный. Там, в темноте, могло быть сколько угодно пещер и проходов, которые снизу не были видны.

— Я ничего не вижу, моя госпожа, — завыла Собака. Она тоже задрала голову, глядя наверх. — Но течение вынесет нас наружу уже через несколько минут.

— Кто-нибудь знает заклинание против арбалетной стрелы? — спросил Сэм. Течение действительно уже несло их к залитой ярким солнечным светом арке. Она приближалась очень быстро.

— Нет, — нервно ответила Лираэль. — Хотя я должна была бы знать. Я часто прогуливала занятия по боевым искусствам.

— Хорошо, — сказал Сэм. — Давай поменяемся местами, Я буду вести лодку, у меня спина заговорена против стрел. А ты стой с луком наготове и выстрелишь, если понадобится. Моггет, ты лучше всех видишь, будешь высматривать цель для Лираэль.

— Эта ваша ужасная Собака вполне может и сама это сделать, — проворчал Моггет со своего места. — А мне спать пора.

— А что, если заговор не сработает?! — со страхом воскликнула Лираэль. — Ты же уже был ранен…

— Сработает, — уверенно ответил Сэм, поднимаясь. — Я ежедневно тренировался с нашими стражниками. Мой заговор одолеет только магическая стрела.

— Так она как раз и может быть магической, — сказала Лираэль и быстро поменяла тетиву своего лука на новую. Черно-белая арбалетная стрела была абсолютно обычная, ну и что с того? Следующая могла быть совсем иной.

— Все равно мое заклинание должно оказаться сильнее, — сказал Сэм уверенно. Но чувствовал он себя совсем не так хорошо. Он произносил заклинания против стрел множество раз, но в настоящем бою еще никогда не участвовал. Тачстоун научил его этому заговору, когда Сэму было всего шесть лет и стрелы, взятые для занятий, были игрушечными. На них были мягкие наконечники, сшитые из старых пижам. Позже он занимался с затупленными стрелами. Но Сэму никогда не доводилось отражать удары боевых стрел, которые способны пробить огромную дыру в стальном листе толщиной в целый дюйм.