– Пусть, - великодушно разрешила Юля.
– Как только не надоест целую вечность забавляться...

– За возможность жить очень долго, - произнес Алгест, - мы заплатили высокую цену. Мы не можем выйти за пределы, ограниченные Темной Стеной, энтропия убьет нас. И нас очень мало. Коррант - планета, не уступающая по размеру Адалиону, а нас здесь меньше десяти тысяч, и столько же на Майди. Энергия распределяется строго, её не хватит для поддержания жизнедеятельности растущего населения.

– Так вот почему мы не видим никого, кроме вас!

– Да, все предельно загружены. Например, подправленные соматические параметры - второе после низкой энтропии условие долгой жизни - нуждаются в постоянной корректировке... Но для встречи с вами каждый нашел бы время, если бы... О, нашу этику преподать потруднее, чем нашу физику! Принятые правила и традиционные добродетели...

– Поняла, - тон Юли свидетельствовал как раз о противоположном. Нелегко вам здесь, за Стеной. Но ведь вы действуете и по другую сторону, да ещё как!

– Действуют автоматы, роботы, - подчеркнул Алгест.
– Мы получаем информацию и ставим задачи.

– А как вы получаете информацию?

– От тех же роботов, автоматических кораблей. Они используют для передвижения стретч-корды...

– Которые тоже созданы вами?

– Нет, но они возникли в результате наших усилий по переустройству Космоса. Самопроизвольно, а потом мы сумели найти им применение... А вот нейтринные облака - наше творение. Это чуткие уши, слушающие Вселенную для нас...

– И вы решили, что умерших разумных существ нужно воскресить. Дать им второй шанс... Но когда, где, как?

– Воскресить... Странное слово, не очень внятно переводится. Да, это была самая сложная задача. Когда, где и как. Мы не можем вернуть их к жизни ни в их мире, ни здесь, за Темной Стеной. Там энтропия слишком высока, тут слишком низка. И мы приступили к созданию новой, третьей Вселенной.

– Здорово, - Айсинг подмигнул Джейсону.
– "И мы приступили к созданию новой Вселенной!" Это звучит как будто - "и я пошел на кухню, чтобы приготовить новую порцию страйк-тейла"...

– Новая Вселенная, - Алгест словно не услышал Айсинга, но слегка улыбнулся, - ещё слишком нова, быстра и горяча. Кстати, именно туда вы забросили имперские фрегаты... К счастью, они не могли пострадать, их просто вытолкнуло обратно в мир Адалиона.

– А зачем, - спросила Юля, - вы оснастили "Ринго" этой ужасной пушкой?

– Какой пушкой? Ах, трансгрессором!
– Алгест рассмеялся.
– Юля, это не пушка, не оружие. Это экспериментальная установка для перемещения объектов в новую Вселенную. Эксперимент оказался неудачным. Уже построив этот трансгрессор, мы выяснили, что он мог сработать лишь однажды и совсем не так, как нам требовалось. Мы не стали его испытывать, но и демонтировать не стали - мы не любим лишних усилий. "Ринго" возил грузы с Корранта на орбитальные станции, а потом один усталый инженер перепутал программы, и мы потеряли корабль за Стеной.

– Как же на "Ринго" попал диск Чака Берри с плейером?

– Не знаю... Автоматы много любопытного привозят с вашей Земли, наверное, нашли где-то... А кому-нибудь из инженеров этот диск приглянулся, слушал его, да и забыл в каюте...

Юля вспомнила о периодически возникающих на Земле бумах вокруг "летающих тарелок". По крайней мере, некоторые "тарелки" могли быть автоматическими кораблями с Корранта!

– Теперь, - сказал Алгест, - я посвящу вас в суть нашего плана.

20

Со стеной что-то случилось, она точно раскрылась вглубь и стала одним громадным окном в море тьмы, где клокотала расплавленная магма юных планет на орбитах бушующих косматых звезд. На фоне величественной картины рождающегося мира Алгест несомненно выглядел богом, создателем, демиургом.

– Эта новая Вселенная, - он обвел панораму рукой, - остывает и формируется. Уже скоро многие планеты - но не все, и вы чуть позже поймете, почему - с нашей помощью станут прекрасными... Тогда начнется возвращение умерших к жизни. Они получат новые тела, лучше и совершеннее прежних. Те, кто посвящал себя созиданию, труду, творчеству, обретут любые возможности. Стремящийся к уединению художник сможет выбрать целую планету первозданной красоты. Другие захотят строить общества, государства, цивилизации. Миры ученых, миры писателей и поэтов. Фермер будет с усталой гордостью оглядывать свои свободные угодья, архитектор - воздвигнутые им города. Торговцы, представители стариннейшей и почтеннейшей профессии, будут торговать, объединяя страны и планеты, устанавливая связи, прокладывая торговые пути, способствуя движению вперед. Влюбленные встретятся вновь, осуществятся перечеркнутые смертью мечты.

– Так вот какой это будет мир, - восторженно шепнула Юля на ухо Лейти, но она поторопилась.

– Чтобы эти замыслы воплотились в реальность, - Алгест возвысил голос, - потребуется очень много энергии. На первых этапах развития для её получения понадобятся радиоактивные материалы. Их будут добывать на мрачных и страшных планетах те, кто провел предыдущую жизнь в низости и зле. Они же будут выполнять грязные и унизительные работы.

– Они станут рабами?!
– воскликнула Юля.
– Неужели в раю будут рабы?