— Насколько вы можете судить из этой истории, — довольно нагло попёр англичанин, — Великобритания никогда от своего не отступалась. Не зря над Империей не заходит солнце.

— Вы намекаете на то, что можете собрать неограниченное количество войск с этой «Империи, над которой не заходит солнце» и закидать буров трупами? — насмешливо бросил Румата.

— Вы правильно понимаете расклад. — надменно заявил полковник Оливер. — Вы, точнее бурская республика, от имени которой вы сейчас выступаете, просто захлебнётся…

— Конечно, вы можете нагнать столько войск из Англии и прочей Империи, — насмешливо начал Румата, чуть сместив акцент, — что у нас на ваших пленных не хватит продовольствия, и, по вашим «канонам» мы вынуждены будем их кормить за счёт собственного населения. Так вот… Мы ведь можем и… отпустить ваших пленных! В Калахари, например. Или ещё куда, где много ГОЛОДНЫХ дикарей. Они, уж поверьте сэр, будут жутко рады изобилию такого дармового и легкодоступного… мяса! И заметьте, что со стороны буров всё сделано будет «милосердно» и «по Конвенции». Ведь они просто взяли и отпустили пленных на все четыре стороны.

— Вы не посмеете это сделать! Это не по-джентльменски! Это дикое варварство!

— Да ну?! Кто бы говорил! А это было «по-джентльменски» воевать с бабами и детьми? Сгоняя их в лагеря под открытым небом, на лютую жару где они тысячами… Женщины и дети! Особенно дети генерал!.. Тысячами умирали в страшных мучениях! Вот представьте себе, что к вам в старую добрую Англию, заявляются некие чванливые негодяи, ни в грош не ценящие вас, всех из себя лордов-пэров и вообще великих англо-саксов и начинают как скот забивать! Представили? И представьте себе, вы узнаёте, что вся ваша семья… ВАША, сэр Оливер, семья, умерла от нечеловеческих условий содержания в тоненькой палаточке под открытым небом. Ну да, в Англии такой жары как здесь нет. Но есть холода. Представьте, что ваши дети, жена, брат слуги и все родственники умерли от этого холода.

Румата сделал паузу, чтобы тирада достигла мозга англичанина.

— Представьте себе, что вы узнаёте, что захватчики так поступили только потому, что считали вас и ваших родственников за животных, которых можно уничтожать тысячами ради интересов их королевы… или короля.

— Но как вы смеете сравнивать нас, англичан с этими животными?! — покрылся красными пятнами ярости генерал.

— Это с какими такими животными? — с подозрением спросил Румата. — Ах, простите, сэр! Вы имели в виду буров?

— А разве буры могут сравниться с такой цивилизованной нацией как Британская? — совсем потерял берега генерал. — Мы всегда и везде несли всем цивилизацию! В орды этих дикарей! Цивилизацию! А они неблагодарные отвергли все наши дары! Да они даже воевать не умеют! Они, чтобы победить, ВАС наняли!

— Угу… Дары в виде пули в лоб и таких «изобретений» как фабрики смерти… А за комплимент мне — спасибо.

— Какие такие «фабрики смерти»?!!

— Ах сэр! Вы не в курсе! Так назвали ваши концентрационные лагеря. Те самые, в которых вы уничтожали массово то самое мирное население. И не важно, что ВЫ не считаете их за людей. Они-то как раз людьми являются, хоть и не вашего вероисповедания, не вашего языка и культуры. Так что отвечать придётся. За геноцид. Вас-то мы выдворим на родину, в Англию. А вот такие как Китченер — военнопленными не являются и являться не будут. Они навсегда — даже не просто бандиты, а величайшие преступники в истории и негодяи на которых не распространяются законы войны. Ибо они эти же законы, пусть и не писанные в конвенциях, но прописанные в Библии, злостно нарушили начав массово уничтожать мирное население.

Генерал Оливер пошёл пятнами. Было видно, что он в бешенстве и лишь снобизм не позволяет ему показать это на своём лице.

— Ну, раз «конфиденциальные вопросы» закончились, приступим к обсуждению процедуры сдачи оставшихся ваших войск и депортации вас на Острова.

Генерал вскинулся.

— Не бойтесь! Не остров Святой Елены я имел ввиду. — усмехнулся Румата. — А всего-то Британию.

Яхта долго мостилась между кораблями, забившими подходы к пирсу Порт-Элизабет. Лес мачт от разных парусных транспортных судов, что когда-то, точнее не так давно, прибыли в порт, с грузами для английской армии, внушал уважение. Были заметны и пароходы среди них, но сама яхта братьев смотрелась на их фоне как футуристический артефакт.

Принимали швартовы босые негры в белых штанах. Белые же люди стояли чуть поодаль. Командуя. И видно было, что это именно англичане. Только скромно стоящая чуть в стороне от этих портовых служащих фигура сильно выделялась на фоне всех прочих. И не военной формой, а необычным для этих мест нарядом.

Все местные белые щеголяли либо в сугубо английском колониальном прикиде — в песочного цвета френчах, галифе и пробковых шлемах, либо одетые по современной европейской моде. Было видно даже несколько дам в красивеньких шляпках и платьях до пят будто только что сбежавших от Парижской модистки. Вокруг них, обложенных сумочками, сумками сумищами и сундуками бегали кругами дети, также одетые по чисто английской моде, принятой для высшего сословия.

Этот же, был больше похож на помесь ковбоя с бурским рейнджером: широкополая шляпа, бросающая тень на всё лицо, синяя рубаха, поверх которой красовалась плотная жилетка со множеством карманов, из которых торчало что-то металлическое, синие штаны, заправленные в ботинки с высоким голенищем и кобура на поясе. Только вот из кобуры торчала рукоятка чего-то более современного и гораздо более эффективного, нежели простые кольты и наганы широко здесь распространённые.