– У папочки на подхвате? – не упускаю возможности уколоть я.

– Смотрю, ты быстро восстановилась, раз начала язвить, – сузив глаза, замечает с ленцой сводный брат.

Мило улыбаюсь и задаю самый главный вопрос:

– Так значит ты в курсе, что случилось с моим отцом?

Алекс поднимает на меня взгляд от тарелки, замирая с вилкой у рта. Его замешательство длится лишь пару секунд, но мне этого хватает, чтобы понять, что такого вопроса он не ожидал. Считал, что эта тема раз и навсегда закрыта? Но раз такая реакция, значит, с гибелью папы точно не все чисто.

– В курсе. Да и все в курсе – он погиб в аварии, – как ни в чем не бывало пожимает плечами Алекс. – Просто трагическое совпадение: не справился с управлением, когда ехал по ночной дороге.

– Да? И совпадение, что именно в этот момент папа хотел выйти из клана?

– Откуда тебе знать?

– Дэн сказал.

Сводный брат помолчал недолго, отложил вилку и побарабанил пальцами по столу:

– Хотеть и сделать – разные вещи.

– О чем ты?

– О том, что это невозможно. Он мог хотеть сколько угодно, но это никого не волнует. Из клана не выходят.

– Значит, поэтому и произошла авария? Потому что из клана не выходят живым? – выделяю интонацией последнее слово.

Наши взгляды скрещиваются и в столовой повисает напряженное молчание.

– Удивительно, что именно ваша семья стала во главе после смерти папы, – продолжаю давить я.

Алекс мгновенно серьезнеет:

– Не бросайся такими обвинениями, Милана. Наша семья всегда была с Орловыми за одно, а мой отец был не просто доверенным человеком Дмитрия Орлова – его другом. Не выдумывай версии. Поверь, мы проводили собственное расследование и все именно так, как ты знаешь: он не справился с управлением, когда вел машину. Авария и его желание покинуть клан никак не связаны.

– Правда? И моя мама погибла в аварии. Сразу после того, как попыталась воспользоваться наследством, записанным на мое имя. Это тоже совпадение? – повышаю голос, сжимая под столом кулаки.

– Милана, – с нажимом произносит Алекс. – Из клана не выходят, но это не значит, что за это желание убивают. Кем ты нас считаешь? Клан – это одна большая семья, здесь каждый стоит друг за друга, а не вырезает исподтишка.

Скрещиваю руки на груди и недоверчиво покачиваю головой. Звучит как-то слишком по-сектантски.

– Ты сам-то в этот бред веришь?

– Да. И тебе придется поверить. Ты часть клана.

– Мне надоели эти дурацкие разговоры про клан! – не выдержав, вспылила в ответ, – Все вокруг говорят про чертов клан, как будто это что-то святое и важное, все тут друг другу дороги и желают только добра! А в итоге мои родители мертвы, а вы держите меня здесь насильно, контролируя и не давая шагу ступить!

– Мы лишь оберегаем тебя, как семья. Твои мама и папа…

– Не смей про них говорить! Я не знаю, как доказать, но просто нутром чую, что они не просто так погибли! – выпаливаю в сердцах.

– Это не так, – Алекс старается говорить спокойно, но от его тона разговора, как с несмышленым ребенком, я только завожусь сильнее.

– Ну конечно! Вот только знаешь, что? Я дочь своих родителей, и как они не хочу иметь ничего общего с вашим чертовым кланом!!

Сводный братец криво ухмыляется:

– Прости, детка, это уже не тебе решать.

– Да? А кому тогда? Тебе?

– По документам ты моя сводная сестра. Так что да, мне. И моему отцу, который является твоим опекуном.

– Мне уже восемнадцать! Сегодня исполнилось, если ты вдруг забыл. Так что все свои документы можешь засунуть сам знаешь куда!

– О-о, детка. Ты, кажется, не поняла, куда попала, да? – тянет Алекс и от его улыбки противно сводит желудок – она не сулит ничего хорошего.

– О чем ты?

– О нашей дружной большой «семье». О клане. О том, что из него невозможно выйти. А ты, кажется, думала, что после дня рождения сможешь сбежать? Поэтому и не выбирала институт, в который хочешь переводится? Рассчитывала, что вернешься в родной город? – насмешливо уточняет он.

– Мы с мамой жили все это время одни, без вашего дурацкого клана. Проживу одна и сейчас, – отрезаю я, проигнорировав неприятные вопросы.

– Ей всего лишь позволили воспитывать тебя, в знак уважения к твоему отцу разрешив жить отдельно. Но это не значит, что ваша семья не оставалась под присмотром все это время. Ты была маленькая. Сейчас все изменилось.

– Что именно изменилось? – требую я ответа, но сводный брат только нехорошо усмехается.

– Скоро узнаешь. Но об отъезде можешь даже не заикаться, тебе никто не позволит. Ты останешься в клане, хочешь того или...