– Ей нельзя! – продолжал возмущаться Далий.

Эйлин подошла к нему и обняла.

– Все хорошо. Все будет хорошо, успокойся. Пусть Мортон поговорит с врачом.

Мортон кивнул доктору, и вместе они удалились в другой коридор.

– Отговорите ее, – произнес врач, как только они остановились. – Срок очень маленький. Она перенесла отравление угарным газом. Пока о последствиях ничего не известно, но она настаивает на сохранении беременности. Как только ее состояние стабилизируется, мы сможем провести прерывание.

Мортон смотрел на врача, и все еще плохо понимал, что происходит.

– Прерывание? – переспросил он.

– Да, я рекомендую не рисковать и прервать беременность.

– А чего хочет Тильда? – Мортон сдвинул кислородную маску с лица.

– Сохранить беременность.

– Каковы риски, что она… …не сможет выносить ребенка?

– Вместе с ногами она практически потеряла почки, – начал объяснять доктор. – В этом основная проблема. Одну ее они сейчас обеспечивают, но ее и ребенка… Риск, что она потеряет ребенка, очень велик. Но выше этого риск того, что она погибнет сама, так и не родив. Все зависит от ее почек: справятся они или нет.

Мортон почувствовал, что его тошнит. Он откашлялся и уставился в пол.

– Она не сказала вам об этом, – сделал вывод доктор.

– Какова вероятность, что она… …погибнет? – словно в бреду произнес Мортон.

– Крайне высокая.

– Крайне – это сколько? – Мортон вперил в него испытующий взгляд. – Пятьдесят процентов? Шестьдесят?

– Я бы сказал, что выше восьмидесяти.

Мортон такие цифры услышать не ожидал. Впрочем, как и все предыдущее.

– Она знает об этом? Тильда понимает, чем все это может закончиться?

– Да, – кивнул врач. – Она все знает.

– Тогда… …какого хрена? – повысил тон Мортон.

– Она сказала, что это – ее выбор.

– Я поговорю с ней, как только меня к ней пустят, – пообещал Мортон.

– Хорошо, я буду ждать ее ответа.

Врач ушел, а Мортон подошел к стене и оперся о нее рукой. Вынести Тильду из горящего дома было куда легче, чем услышать все это…

Он всегда думал, что у него есть еще время. Всегда полагал, что рано или поздно у него появятся дети. Неоспоримый факт, данность он природы. Вчера он узнал, что Тильда беременна. Теперь ему говорят, что ей нельзя беременеть. А если ей нельзя, то у него тоже не будет детей. И вот неоспоримый факт, который был данностью, стал приговором. Выбор невелик: жизнь Тильды или жизнь ребенка, с которым он может остаться один.

«А это – не жизнь, – сказала ему она. – Так, существование в протяженном моменте времени. Я должна многое успеть сделать перед тем, как окончательно исчезнуть».

Мортон почувствовал, как становится тяжело дышать. Как удавка сдавливает грудь и сжимает сердце, грозя его раздавить.

«Жестоко – это лежать в ванной под завалами на протяжении долгих часов, терпеть боль и мечтать о том, когда же, наконец, умрешь. И все не умирать, и не умирать, и ног уже не чувствовать, и все надеяться, что вот-вот этот ад закончится и жизнь исчезнет вместе с ним… …А через два года этого личного ада некто вылетит из-за угла со бьет тебя с ног. И этот некто даже тебя не узнает. Потому что ему всегда было на тебя наплевать. Он мнит себя несчастным обиженным мальчиком, которого плохая девчонка донимала подколами и приколами. Нет больше той девчонки: она в ванной умерла. А той, что сидит сейчас напротив тебя, кажется, что тебе пора прекратить себя жалеть…».

– Мортон, – Лой окликнула его со спины и подошла ближе.

– Уйди, – прошептал он, не оборачиваясь.

– Все будет хорошо, – она опустила ладонь на его плечо.

– Я сказал: «Уйди!» – рявкнул он, и Лой вздрогнула.

Райлих успел подбежать к ним. Увидев, в каком состоянии находится Мортон, он подхватил Лой под локоток и увел ее назад, к остальным.

«Тогда скажи, за что ты ненавидишь меня? Скажи, как есть, чтобы мы, наконец-то, закрыли эту тему». «А зачем мне это делать, если это ничего не изменит?» «Все хорошее для тебя я уже сделала. А теперь пора платить по счетам, Мортон».

– Пора, – произнес он, медленно опускаясь на пол.

– Вам плохо? – напротив него остановился кто-то в белом халате. – Вы меня слышите? – незнакомое лицо маячило перед глазами.

– Все нормально, – ответил Мортон, продолжая дышать в маску. – У меня все отлично.

– Кто-нибудь! Каталку сюда! Пациенту плохо!

Откуда-то сбоку появился Дамьен. За ним Тайрин и Лой, Райлих и Далий. Все они что-то кричали ему и друг другу, пока Дамьен и Далий поднимали Мортона с пола и укладывали на каталку.

«Все нормально», – хотел сказать им Мортон, но губы почему-то не слушались. Дышать становилось все тяжелее, а сердце в груди, казалось, сейчас лопнет в этих тисках.

«Мне кажется, я тоже тебя люблю», – вспомнил он кривлянье Тильды перед тем, как отключиться.

***

– Придурок, – бурчал Далий, – ему сказали лежать, а он шатается!

– Успокойся, – Эйлин гладила Далия по плечу. – С ним все будет в порядке.

– Если с этим засранцем что-нибудь случится, Тильду это добьет.