Больше тут находиться не имело смысла. Искать себя из будущего бесполезно и даже опасно. Возможно, у него имеются ответы на вопросы, но они могут привести к временному парадоксу, который закончится зацикленной хронопетлей. И такую петлю можно разорвать, создав безопасную ситуацию, в которой не прозвучит информации, которую он знать не должен. В итоге он всё равно ничего не узнает. Тогда становится понятно, почему двойник ничего не сделал, лишь озвучил бесполезное предупреждение.

Он отдал команду персокомпу на возврат в мир тридцать первого века.

Расположившись на живописной полянке возле озера, Дункан взял в руки дневник. Дух-спутник, за восемнадцать лет узнавший все возможности артефакта и его обитателя, спокойно сдерживал ошмёток души Реддла. Хоггарт в это время с помощью телепатии, усиленной трансдюсером, вломился в ментальное пространство дневника. Он действовал по принципу «у носорога плохое зрение, но это не его проблемы», то есть продавил артефакт своей ментальной силой.

Его словно засосало внутрь тетради. Ноги стукнулись о твёрдую почву; тряхануло, но он устоял, и размытые очертания окружающего стали отчётливы.

Он стоял на поляне между Хогвартсом и Чёрным озером. Напротив стоял ошарашенный черноволосый парень лет шестнадцати. Тот самый парень, что в виде духа атаковал его вместе со Скорпиусом. На его груди сверкнул серебряный значок старосты, а на мантии выделялись слизеринский галстук и нашивка со змеёй. Высокий, ростом с Дункана, но фигурой сильно недотягивает.

— Привет, меня зовут Том Реддл, — натянул он улыбку. — Как к тебе попал мой дневник?

— У меня плохое настроение, Том. Поэтому обойдёмся без прелюдий, а сразу перейдём к выбору. У тебя он роскошный: либо ты отвечаешь на мои вопросы, либо я тебя буду бить, пока ты не ответишь на вопросы либо сдохнешь. Лучше выбери второе.

— Ты не можешь меня побить, — Реддл не был в этом полностью уверенным, но говорил твёрдо. — Я не живой человек, а лишь запись воспоминаний более надежным способом, чем на бумаге.

Вместо ответа Дункан резко распрямил правую руку и врезал по печени Реддлу, отчего тот болезненно согнулся и застонал.

— Пиздёшь! Боевое искусство якутских шаманов создано, чтобы надирать задницы сильным злым духам и выживать в астрале. Так какой будет твой положительный ответ?

При виде предвкушающего драку хищного взгляда глаз с вертикальным ало-желтым зрачком, Реддл испытал ужас. Его лицо на мгновение исказила злобная гримаса, но уже в следующий миг Том заискивающе улыбался. Дункан всё заметил и понял, что парень тот ещё приспособленец и притворщик.

— Я всё расскажу, не надо насилия, мы же культурные волшебники. Как мне к тебе обращаться?

— Раз уж ты выбрал вид студента Хогвартса, — одежда Дункана потекла, превращаясь в строгий костюм и мантию преподавателя школы магии, — то зови меня профессор Хоггарт.

— Простите, профессор, но я не припомню вас среди наших учителей, — продолжал делать заискивающий вид Реддл.

— Ты в каких годах учился, Том?

— С тридцать восьмого по сорок пятый… должен был, сэр. Просто я создал копию воспоминаний в сорок третьем году.

— Когда умерла Миртл Уоррен, — ухмыльнулся Хоггарт.

— Это ужасное происшествие, сэр, — изобразил скорбный вид Реддл. — Виновный был найден, я могу показать воспоминания.

— Не пизди! — резко оборвал попытку затянуть себя в воспоминания Дункан. — Я с тысяча девятьсот восьмидесятого преподавал ЗОТИ в Хогвартсе. Лично общался с мисс Уоррен и убил василиска. Того самого василиска, которого может выпустить из Тайной комнаты и натравить на человека лишь змееуст вроде тебя, Том Реддл. Или же мне лучше звать тебя Лорд Воландеморт?

— Простите, сэр, а какой сейчас год?

— Сейчас? — лукаво заблестели глаза Хоггарта. — «Сейчас» три тысячи сорок первый год от рождества Христова.

— Э-э?! — глаза Тома стали размером с блюдца.

— В две тысячи двадцать третьем году один талантливый волшебник, один из моих учеников, опубликовал книгу с расшифровкой «Мутус Либер». Слышал о такой?

— Слышал, — охрип от волнения и шока Реддл. — Там же зашифрован рецепт философского камня.

— Именно. С тех пор любой волшебник может клепать философские камни пачками. Статут секретности пал. Эликсир молодости продаётся в магловских аптеках, правда, дорого.

— Эм… — Реддл хлопал веками и никак не мог собрать мысли в кучку. — Эликсир молодости в аптеках у маглов?!

— Ага.

— Э-э-э…

— Каждый волшебник стал бессмертным, Том, как и многие маглы.

— Простите, профессор Хоггарт, — с неподдельным трепетом прошептал Реддл, поняв, что перед ним не просто волшебник, а маг, которому перевалило за тысячу лет, — эм… А вы знаете, что случилось с Лордом Воландемортом?

— Тебя грохнули.

— Ам… — захлопнул рот опешивший Реддл. Найдя в себе силы, он продолжил: — Может, вы знаете, кто это сделал?