— Латентный самоубийца, иными словами.

— Ну, я примерно так и сказал, — Дойл потер переносицу. — Услуги телохранителя я не оказываю, но если вам требуется, могу посоветовать несколько проверенных команд.

— Я пока справляюсь своими силами, — сказал Гарри.

— Не удивлен, — сказал Дойл. — Но если вдруг….

— Я буду иметь в виду, — пообещал Гарри.

— Итак, возвращаясь к вашей основной проблеме, — сказал Дойл. — Я вижу два основных направления работы. Во-первых, можно попробовать разузнать о вашем прошлом.

— Это программа «минимум», — сказал Гарри. — Боясь, что меня не устроят даже рассказы очевидцев.

— Вопрос доверия, понимаю.

— Именно, — сказал Гарри. Он по-прежнему доверял только трем людям, двое из которых остались на Земле. — Я бы предпочел вспомнить сам.

— Это как раз второе направление, — сказал Дойл. — Тут надо проработать как и общие моменты, так и те, что связаны лично с вами, и именно для этого мне и нужно поворошить ваш прошлое.

— Звучит разумно, — согласился Гарри.

— Но должен сразу предупредить, что мои услуги стоят недешево, — сказал Дойл.

— Шокируйте меня, — сказал Гарри. — А я попытаюсь это пережить.

— Пятьсот золотых в день.

— Думаю, что я потяну.

— И это только мой гонорар, — сказал Дойл. — Оплата непредвиденных расходов, равно как и оплата расходов текущих и вполне предвиденных, пойдет отдельной графой. Даже двумя отдельными графами.

— Разумно, — сказал Гарри.

— И мне будет нужен аванс.

— Хорошо, — Гарри вытащил из инвентаря кошель с остатками денег, полученных от орков, и передал его сыщику. — Полагаю, для начала этого хватит.

— Вполне, — согласился Дойл. — Я незамедлительно займусь вашим делом, но результат, как вы понимаете, не воспоследует немедленно, так что навестите меня через пару дней.

— Так и сделаю.

— А если я найду что-то интересное, то я сам вас навещу, — сказал Дойл. — Где вы остановились?

— В «Вестпорт отеле».

— Спокойное место, — заметил Дойл.

— Пока да.

Гарри попытался пройти на территорию храма, но дорогу ему преградил привратник. Гарри отметил, что только он удостоился такой чести, остальные люди проходили мимо и никто не чинил им препятствий.

Очевидно, он все-таки чем-то выделялся из толпы.

— Веруете ли вы? — спросил привратник.

— Чтобы упростить ситуацию, будем считать, что да, — сказал Гарри.

— Для чего вы хотите пройти?

— А почему вы спрашиваете? И почему вы спрашиваете только у меня?

Привратник немного смутился.

— Просто вы… непохожи на обычных почитателей Всеотца, — сказал он. — Так все же, вы хотите просто помолиться?

— Нет, — сказал Гарри. — Мне бы к целителю.

— Прямо по дорожке и за главным зданием направо, — сказал привратник. — Там увидите очередь.

— Длинная очередь?

— Сегодня не очень.

Очередь действительно оказалась не слишком длинной, всего-то семь человек, и прием шел довольно быстро. Поскольку Гарри никуда не спешил, он пристроился в хвост очереди, заняв место за благовидной старушкой, с которой он бы не хотел встретиться где-нибудь посреди глухого леса, закурил сигарету и принялся ждать. То ли своей очереди, то ли того, что кто-нибудь сделает ему замечание.

Но очередь подошла раньше, чем поборники здорового образа жизни.

Гарри вошел в небольшую келью, освещенную лампадами и ароматическими свечами.

Целитель — толстый, лысый доброжелательный мужик в рясе — жестом предложил ему сесть на стоящий посреди помещения стул, сам встал за спиной Гарри, что немного напрягало, и провел руками у него над головой.

— Ты здоров, сын мой, — молвил он. — Так что же привело тебя ко мне?

— Предположим, что моя мятущаяся душа, — сказал Гарри.

— Возможно, с этим тебе лучше обратиться к исповеднику, — сказал монах.

— Боюсь перегрузить его оперативную память, — сказал Гарри. — Знаете, несмотря на то, что я кажусь здоровым, со мной что-то не в порядке, и я хотел бы попросить вас о более пристальном осмотре. Если для этого требуется сделать какое-то подношение или что-то вроде того, только скажите…

— Не нужно, сын мой, — сказал монах.

Он вздохнул, достал из глубокого кармана рясы длинную курительную трубку, разжег ее, мощно затянулся, выдохнул на Гарри дымом и принялся всматриваться в его клубы, стремительно бледнея.