— А вы убиваете людей, когда у вас сдают нервы? — поинтересовался Гарри.

— Нет, предпочитаю ходить в спортзал, — сказал Савельев. — После Бирмы мы стали за вами следить и стали под вас копать. Но ничего сверх официального образа так и не накопали. Более того, мы задавали прямые вопросы вашему предполагаемому начальству, причем на том уровне, на каком оно не смогло бы их проигнорировать, и задавали косвенные вопросы другим… э… коллегам. И никто не подтвердил, что вы работаете на кого-то еще, помимо собственной корпорации.

— Я не работаю на корпорацию, — поправил его Борден. — Я ей владею.

— В данном контексте это не столь важно, — сказал Савельев. — По всем документам вы — просто бизнесмен. По результатам наблюдений и расследований вы — просто бизнесмен. В своей профессиональной деятельности вы ни разу не выходили за рамки просто бизнеса. пусть и не всегда честного и не всегда законного. Не так ли?

— Вопрос о законности моего бизнеса я буду обсуждать только в присутствии корпоративного адвоката.

— Пустое, — сказал Савельев. — Мы здесь не за этим. Мне, собственно говоря, все равно, чем вы там занимаетесь. Хоть наркотиками торгуйте, меня это не волнует. Я другие вопросы решаю.

Гарри достал сигарету и закурил. Савельев слегка поморщился, но ничего по этому поводу говорить не стал.

Только подошел к окну и открыл его пошире.

— В то же время, мы не могли не заметить некоторые странности, — заявил он. — Для обычного бизнесмена вы довольно часто попадаете в ситуации, угрожающие вашей жизни. И довольно легко из них выходите. Например, вы убили тринадцать террористов в Бирме, не получив ни царапинки.

— Неправда, — сказал Гарри. — У меня остался шрам на предплечье. Хотите, покажу?

— Может быть, позже, — сказал Савельев. — Вас часто пытаются убить?

— Как всех, — пожал плечами Гарри.

— Не как всех, — сказал Савельев. — Далеко не как всех. Когда это произошло в первый раз?

— Первого раза я не помню, но мне рассказывали, — сказал Гарри. — Когда мне был год или что-то около того, родители поехали в Индию и взяли меня с собой. У отца были какие-то дела с местными бизнесменами, и мы остались на ночь в загородном доме одного из них. Ночью, когда прислуга уже уснула, в мою колыбельку заползла ядовитая змея.

— И что же случилось?

— Говорят, что я ее задушил, — сказал Гарри.

— Красивая история, — восхитился Савельев. — А разве она не про Геракла?

— Какие времена, такие и Гераклы.

— После того, как мы не нашли вашей связи со спецслужбами, мы решили, что у этих странностей есть другое объяснение, — сказал Савельев. — Мы решили, что вы — игрок.

— А, видимо, сейчас вы снова начнете нести эту чушь про квесты и интерфейсы, — сказал Гарри.

— Это не чушь, — сказал Савельев. — К огромному моему сожалению.

— Вы говорите, что у вашего коллеги квест на моей убийство, — сказал Гарри. — Почему же он не попытался?

— Очевидно, потому что для него есть вещи важнее игры, — сказал Савельев. — И слова «служебный долг» для него не просто пустой звук. Но я должен признать, что он — исключение. Очень редкий случай. Обычно получившие интерфейс люди ставят игровые квесты превыше всего остального, и ради их выполнения они готовы как преступать как через нормы морали и нравственности, так и нарушать действующие законы.

— Интересные у них, должно быть, квесты. И вы много таких встречали?

— По роду службы? Достаточно.

— Что вы с ними делаете?

— По-разному, — сказал Савельев.

— Но в основном — убиваете?

— Иногда по-другому просто нельзя.

— Снова история про яичницу, — вздохнул Гарри.

— Значит, вы продолжаете утверждать, что вы — не игрок и никакого интерфейса не видите?

— Было бы странно, если бы я говорил обратное, — сказал Гарри. — Учитывая общие обстоятельства и ваши недавние откровения. Но вот что любопытно. Вы охотитесь на игроков. Вы убиваете игроков…

— Не всех.

— Не всех, — согласился Гарри. — Но у вас до сих пор нет верного способа, чтобы из распознавать?

— Исключая чистосердечное признание, мы можем судить только по косвенным признакам, — сказал Савельев.

— А мертвые вас опровергнуть все равно не смогут, — заметил Гарри. — Очень удобно.

— Вы ерничаете, — сказал Савельев. — А мы пытаемся спасти мир.

— Внушительная постановка задачи, — сказал Гарри. — А от чего?

— От хаоса.

— Удачи вам в этом нелегком деле, — сказал Гарри. — Но должен заметить, что получается у вас не очень. Если у вас даже рабочего метода опознания нет.