— Я против продажной любви, — отрезал Тревор.

— А мы им не платим, — развел руками учитель. — И вообще! Вы туда пойдете не за этим! Каждый из вас должен взять десятую нить. Тебя, Тревор, это касается в первую очередь. Ветер не та стихия, с которой можно обойтись семеркой нитей.

Парень недовольно вздохнул и надулся, а Бом пожал плечами.

— Теперь ты, — ткнул пальцем в грудь начинающего некроманта упырь. — Тебе запрещается покидать их комнату и проводить там малые призывы мертвых!

— А чего сразу я? — возмутился парень.

— Я по достоинству оценил убегающие окорочка и зомби куриц на кухне, но Люсильда, наша главная повариха, и так женщина не молодая. А теперь она еще и седая, как макушка старшей горы, — развел руками Роуль. — Пугать и наводить ужас — это хорошо. Танцующие мертвецы на кухне — прекрасно! Но не в этой цитадели!

— Вы же сами в прошлое полнолуние танцевали голышом со скелетами гномов на площади! — возразил парень.

— Это полнолуние и это я! — упер руки в бока упырь. — Вот когда станешь темной сущностью, тогда будем танцевать вместе, а хорошие повара на вес золота! Особенно, если они могут готовить эклеры. Пусть обычные и не слишком вкусные, но могут. Вот ты умеешь готовить эклеры?

— Могу и научиться, — с вызовом произнес Бом.

— Перед прошлым полнолунием вы мне заявляли, что сможете достать меня боевым заклинанием, если я не буду прятаться в стихии, — напомнил Роуль и указал на голые ноги ученика. — Вы мало того, что ни разу не попали, так еще и проиграли свои штаны с исподним.

— Это было нечестно, — буркнул Травор. — Вы слишком быстрый и…

— И об этом надо было подумать до того, как начинать спор со мной, — кивнул упырь.

— Ты! — указал Роуль на Бома. — Никаких призывов мертвых в цитадели! Это мои трупы и мои мертвые гномы! Курицы, гуси и другие животные — только по согласованию с кухней! На время наказания в три дня — только медитация!

Учитель повернулся к магу воздуха и указал на него.

— Ты! Никаких воздушных бурь и никакого дождя!

— А дождь-то причем? — возмутился парень.

— При том, что я не люблю сырость, а из-за твоих экспериментов у меня сгнил семижоп у ущелье!

— Это же просто химера! Вы слепили ее из мертвых тел! И вообще, она только срет! — попытался возмутиться ученик.

— Она готовит удобрение для фруктового сада, — съязвил Роуль. — Не нравится способ — принеси качественной земли на хороший фруктовый сад!

— Дерьмо — это не грунт, — вмешался Бом.

— А обглоданный костяк курицы — это не боевая единица против лис! — фыркнул упырь. — И вообще! Ваш спор проигран! Ваше наказание ждет вас!

Упырь указал на дом, где в дверях, облокотившись на косяк, стояла Хано.

Ученики понуро опустили головы и отправились в сторону дома наложниц, бросая злобные взгляды на учителя. Упырь же потер ладони и довольно вздохнул.

— По-моему из меня получился отличный учитель!

Он сложил руки за спину и задумчиво произнес:

— Что бы еще такого придумать, чтобы у них времени не было…

В этот момент в его ушах раздался тихий шепот стихии, которая произнесла:

— Ну, здравствуй, Бренд…

Упырь замер, моргнул и повернул голову в сторону угловой башни.

— А вот это оч-ч-ч-чень интересно!

Упырь подпрыгнул на носочках и тут же провалился в собственную тень.

В это время ученики дошли до дома и под пристальным взглядом подошли к Хане. Девушка слегка сдвинулась в сторону, пропуская гостей, но в момент, когда в проход вошел Бом, она выгнулась и, выпрямив грудь, прижала парня к косяку.

Бом же не растерялся и тоже выпрямил грудь. Теперь уже он прижимал девушку. Та попыталась взбрыкнуть и выжать его обратно, но парень ухватился за косяк и прижал ее еще сильнее. Та вскинула брови и сунула руку под рубаху.

— Гордость у тебя больше, чем он, — произнесла она.

— Холодно. Побегать по горам пришлось в таком виде, — ничуть не смутившись, произнес начинающий некромант.

— Девочки! — громко крикнула Хано. — У нас тут парочка учеников замерзла! Надо согреть!

В доме послышался звук упавшей чашки и суматошная возня.

— Не спешите, — произнесла она, смотря в глаза Бома. — В таком виде они никуда не сбегут.

***

Прелестей в тюремной камере казематов не так много, но в этой камере все же одна была. Это была кровать.

Полноценная кровать с матрасом и теплым одеялом, но, несмотря на резьбу по дереву, несмотря на чистые простыни, стол и стул, полноценную еду и прочие удобства, пребывание в ней нельзя было назвать отличным времяпровождением.

Тем не менее Тайра провела тут уже больше полугода.