Мда, все-таки та девка из кареты — молодец! Если бы не ее деньги, черта с два я сейчас лежал бы на кровати — сытый, чистый и довольный. Они как снежный ком притягивают к себе другие деньги. Неприятности тоже притянули, но если бы не было неприятностей, не было бы и прибыли! Ведь так же! За все надо платить…это старая, банальная истина.

И я заснул

Проснулся уже на следующий день, и довольно-таки рано. Солнце еще низко стояло над горизонтом, и от домов тянулись длинные тени. Где-то не так далеко слышался перезвон молотков и буханье молотов, тянуло угольным дымом. Явно в окрестностях имеется кузница, а может и не одна. На улице перекликались и смеялись две женщины — одна раскатисто расхохоталась, вторая подхватила смех. Им явно было совсем не так уж плохо жить. А я вот читал про средневековье, что тут женщин приравнивали к домашним животным, и они шибко от этого страдали. Впрочем, чего это я? Это ведь не Земля, это иной мир, где солнце меньше размером, зато и ярче светит, а ночью восходят две луны, одна из которых судя по всему и вовсе не луна, а совсем даже такое же солнце, как и «дневное», только остывшее, красное. Откуда знаю? А догадываюсь! Ну так…путем умозаключений. По некоторым признакам.

Вскочив с постели, помчался в сортир — он стоит на заднем дворе. Вполне чистый сортир, и даже с некими гигиеническими приспособлениями вроде того же кумгана. На Кавказе я насмотрелся на такие сортиры, и кстати сказать — вполне поддерживаю эту самую «моду» мусульман на «омывание». Гигиена — наше все.

После сортира отправился к колодцу, и набрав воды, скользнул за сруб, оглядевшись — не видит ли кто меня (трусов-то черт побери нет!), обдал себя холодной колодезной водой. Вода тут на удивление чистая, я ожидал худшего. Все-таки город, плещут тут на улицы всякую дрянь, может и в грунтовые воды эта пакость просочиться. Однако, нет — чистая, прозрачная вода.

Растерся куском холста, служащим здесь полотенцем и пошел на заранее облюбованную площадку возле сарая-дровяника. Тут Селена рубит и колет дрова — площадка ровная, без бугров, заросшая мелкой травкой-подорожником такой похожей на земную, что я даже слегка поностальгировал. Сам не знаю — почему. Вообще-то на самом деле на Земле терять мне было нечего — семьи нет, родня вся умерла, или не хочет со мной знаться — кого и чего мне жалеть? Квартирку, оставшуюся от матери? Счет в банке? Да пропади они все пропадом, эти счета и квартиры! Все равно я бы ими скорее всего не воспользовался. Когда-нибудь попался бы в засаду, и… О чем я? Так попался же…вот и пожинаю плоды. Кстати сказать — плоды не очень-то и горькие. Впервые за долгие годы мне сейчас интересно жить!

Первым делом разогрелся — отжимался, приседал, подпрыгивал, проводя бой с тенью. Потом занялся растяжкой, проверяя, как у этого тела с гибкостью. Оказалось — на удивление гибкий парнишка. Даже на растяжку сел — продольную, но все-таки. На поперечную не рискнул — не хватало еще травму получить. Все надо делать постепенно, шаг за шагом.

Ну а потом стал уже серьезно отрабатывать бой с тенью. Удары, уклоны, нырки, кувырки с подкатом, работа с ножом — для того взял отлетевшую от чурбака длинную щепку, типа мой боккэн. Получалось у меня не очень хорошо, можно сказать — отвратно. Пальцы не слушались, «нож», который обычно летал у меня в руках как птичка, постоянно норовил выскочить, улететь куда ни попадя, и мне с трудом удавалось его удержать. Я знал, как работать ножом, я умел это делать, но тело этого не умело. Более того, оно будто сопротивлялось моим усилиям, как если бы покойный Келлан, считая, что я занимаюсь нехорошим делом, портил мне всю малину, подтормаживая и дергая мои руки в разные стороны. Глупость, конечно же, просто нетренированное тело, но я здесь уже столько узнал магического-мистического, что готов поверить и в такую чушную ересь. Как говорится — работать надо, а не придумывать всякую ерунду! Применить бритву Оккама.

Занимался около часа, преодолевая боль в мышцах, натруженных вчерашними «упражнениями» с ножом и быстрым бегом, и когда закончил занятие, с удовольствием отметил, что двигаюсь гораздо увереннее, легче, не так, как умирающий от бескормицы баран в зимней казахской степи. Мне нужно две недели хорошего питания, тренировок и отдыха, и возможно я уже кое-что смогу сделать даже против тренированного бойца. Не самого тренированного, не мастера единоборств, но…меня уже так просто не возьмешь. Слава здешним богам, тело Келлана откликается на упражнения и запоминает движения практически с первого-второго раза. Так что ничего, еще поживем!

А теперь пора на завтрак — из трубы очага Селены уже давно идет дымок, а вот дворе пахнет компотом и чем-то печеным. Хорошо, точно! Как в деревню к бабушке приехал, курорт!

Селена угрюмо смотрела на то, как занимается ее жилец, и покусывала нижнюю губу скривив рот в гримасе неудовольствия. Она чувствовала, что от парня будут проблемы, всем своим нутром это чувствовала. И на кой демон Аурика его прислала? Неужели втюрилась в этого ворка?! Ну да, парнишка смазливенький, не зря ворков считают непревзойденными любовниками и красавцами, но чтобы Аурика, железная девка, Бешеная — и втюрилась в какого-то бродяжку?! Да не может такого быть! А может она хотела, чтобы Селена сама его обнюхала, сделала вывод и просто перерезала ему горло? Ну а что…похоже на то, что у парнишки деньги имеются. И за него никто не спросит — судя по его словам. И похоже на то, что парень не врет — не помнит он, кто такой и откуда взялся. И это очень странно. И очень интересно.

Селене было…очень много лет. Очень много. Слишком много, чтобы она считала прожитые годы. Три омоложения стоили ей огромных денег, и каждое последующее гораздо дороже предыдущего. Но теперь все, хватит. В последний раз лекарь-маг сказал, что следующего омоложения она возможно что и не переживет — нельзя бесконечно продлять себе жизнь. Организм не выдержит. Да ей больше и не хотелось. Устала. И скучала. Наверное, именно поэтому Аурика прислала ей новую игрушку — вот этого странного парнишку. Мол, вот тебе, развлекайся! Узнай, кто это такой, и чем дышит!

А парнишка Селене как ни странно понравился. Нет, не своей смазливостью — это как раз ее отталкивало. Она, когда еще интересовалась мужчинами, выбирала себе полностью противоположные типажи — обычно это были могучие звероподобные грубые мужланы, которым Селена с удовольствием подчинялась. Будучи при этом в жизни такой стальной и острой, что как говорили — о нее затупится любой меч. Чем он ей понравился…она и сама не знала. Было в нем что-то такое, что привлекало внимание. Спокойное достоинство, внутренняя сила, при кажущейся хрупкости — несгибаемость и готовность идти на риск, ставя на кон всю свою жизнь. Она на минутку представила — что бы делала, случись с ней такая же как с ним неприятность? Ну, вот преследуют ее двое грабителей, и что бы она сделала? Скорее всего вступила бы с ними в открытую схватку, и возможно, упала бы от удара третьего, скрытого в засаде преследователя. А этот парнишка, выглядящий домашней постельной игрушкой, взял, да и расправился с двумя мордоворотами, а потом сумел сбежать от третьего, избежав самой что ни на есть верной гибели!