Сквозь переплетение мертвых ветвей проглядывали скрытые раньше уголки парка, в тонкий слой снега впечатались цепочки неровных следов – их оставили разномастные стоптанные ботинки. В глубине парка, в небольшой лощине, нежным дымом курился костерок. Бродяги сгрудились вокруг, сутуло подставляя зимнему ветру терпеливые спины – люди из трущоб Порт-Калинуса грели озябшие корявые ладони, время от времени подбрасывая в огонь разделанное на полешки розовое дерево.

Бутылка мутной жидкости пошла вкруговую, собрание возглавлял Председатель – интеллектуального вида старик в грязной вязаной шапочке. Царило настороженное молчание.

– Вот он.

– Где?

Спросивший прищурил мокрые от ветра и холода глаза.

– Тот ловкий парень, что в серой куртке. Он идет сюда прямо от ворот и выглядит словно тот охотник, который уже взял на мушку лопоухую дичь. Я, между прочим, таким не верю.

– Я тоже не верю, только в этом деле пахнет деньгами. Без полновесной монеты нам не дотянуть до весны. Мне нравятся щедрые граждане, в них присутствует нечто этакое…

Пришелец подошел поближе, обвел взглядом благородное собрание, безошибочно остановив внимание на Председателе. Старик неспешно, с достоинством встал, протягивая гостю грязную, с обломанными ногтями руку.

– Шеф правления горнорудной компании «Бездонные копи Эльдорадо». Чем могу быть полезен?

Тэн Цилиан с непроницаемым лицом пожал руку старика и остановился в двух шагах от команды попрошаек. Взгляды бродяг шарили по нему с откровенным интересом шакалов.

– Я должен поговорить с вами без свидетелей.

– У Председателя нет от нас секретов, – раздался сиплый голос какого-то оборванца.

Старик сдержано кивнул:

– Я поеду с вами, мастер Цилиан, я отжил свое и уже не боюсь смерти. Но для начала расплатитесь с моими людьми за их услуги по охране. Верность, знаете ли, не всегда живет в роскошных кабинетах.

Тэн, ругнувшись в душе, замерзшими пальцами вытащил из кармана заранее приготовленную пачку купюр. Взгляд только что кричавшего оборванца весело блеснул, пачка бесследно исчезла в его кармане.

– Машина ждет, вашему другу придется поехать со мной.

– Я готов, – гордо кивнул Председатель. Бродяга-интеллектуал, кажется, не проявил никакого интереса к дележу подачки, он широкими шагами двинулся вслед за уходящим Тэном, подставляя зимнему ветру не по годам упрямую спину.

Через два часа они беседовали в доме Цилиана. Умывшийся Председатель расстался с грязной шапочкой, с жесткой щетиной на лице и потрепанным балахоном, после чего приобрел вид благообразного отставного профессора. Старик ежился и курил одну сигарету за другой.

– Мною двигала не банальная корысть, – разглагольствовал он. – Я всю жизнь неистово стремился к справедливости. Возможно, сделка с компанией выглядит не вполне законной, но она дала моим друзьям возможность продлить свое существование. Едва ли Разум в своем милосердии хочет гибели человеческого существа от недоедания, в то время как бюджет Каленусии благополучен, словно разъевшийся кот… Я идейный человек, сторонник свободы и социальной справедливости.

Утомленный болтовней старика, Тэн Цилиан раздраженно скомкал пустую сигаретную пачку и ловко метнул ее в стилизованную под амфору корзину для бумаг.

– Вернемся к делу, мастер Председатель правления. Вы, как я понял, профессиональный бродяга?

– Я эстет свободы.

– Неважно, на практике это одно и то же. Тем более неестественно ваше желание сделаться фальшивым магнатом. Расскажите-ка мне о своих контактах с прежними владельцами «Копей».

– Здесь нечего рассказывать, господин Цилиан. Вазоф предложил мне формальную сделку, и я согласился стать подставным покупателем его компании. Мы ударили по рукам – нищему не страшно банкротство, если оно сопровождается скромными, но достойными поступлениями наличности.

– Я не об этом. Кто вас надоумил шантажировать Вазофа, наблюдателя Департамента?

Старик замолчал, взгляд его словно бы потух. Цилиан терпеливо ждал, играя инкрустированной зажигалкой. Бродяга проследил за его жестами и зябко обнял ладонями свои худые плечи.

– Я знал, что когда-нибудь, рано или поздно, от властей или от преступников, но услышу этот вопрос. Мне очень жаль и, поверьте, неловко – шантаж противоречит принципам свободы.

– Вас принудили к шантажу угрозами?

– Да, в некотором роде. Я оказался слаб и послушался, потом мне посчастливилось сбежать – старого человека почему-то принято считать дураком, этим-то я и воспользовался.

– Кто вас принуждал?

Председатель шевельнул сухими губами и обронил имя, не обращая никакого внимания на короткое, но яркое удивление Тэна Цилиана. Впрочем, бывший наблюдатель очень быстро овладел собой.

– Его можно отыскать в Порт-Калинусе?

– Когда он отлучается из Мемфиса по делам или в отпуск, то просиживает вечера в «Счастливых Полянах».

– Этот… этот служащий знает о том, что после побега вы вернулись в Порт-Калинус?

– Надеюсь, что нет, мастер Цилиан. Учитывая обстоятельства, мне бы очень не хотелось личной встречи. Ни с Вазофом, ни с тем, другим. Я, конечно, стар и не очень боюсьсмерти, но бывают, знаете ли, вещи и пострашнее.