– Но…

– Не бойтесь, очередь на вас не обидится. Во-первых, мы по-быстрому, во-вторых, мой коллега сейчас начнет прием в соседнем кабинете, – хладнокровно солгал он.

Кофеварка действительно сработала быстро.

– Пейте, не торопитесь. Я подожду.

– Спасибо, но у меня мало времени.

– А может, просто не хватает терпения?

– Я сама не своя, словно на иголках сижу.

– А вы не трусьте, разве я такой страшный? У меня нет ни рогов, ни копыт. Считайте, что я здесь нахожусь, чтобы решать ваши проблемы.

Девушка пожала плечами и нерешительно подергала за кончик туго заплетенной косы.

– Ну, не знаю, захотите ли вы мне помочь, когда узнаете правду.

– Не беспокойтесь, леди, я за свою жизнь слышал столько разных интересных и увлекательных правд, что еще одна правда уже ничего не изменит.

– У меня брат в накопительном лагере. Вы мне не поверите, но он точно ни в чем не виноват.

– Вот как? Очень даже поверю, в лагере сейчас сотни людей, некоторые попадают туда случайно, можно сказать, за компанию. Кстати, накопитель – не тюрьма, там сидят не преступники, а те, кому некуда податься. Вы любите брата?

– Да!

– Вот видите, как ему повезло. А ведь многие не любят псиоников, есть жестокие типы, которые готовы выгнать сенса из семьи. Закон запрещает подобным родителям избавляться от детей-мутантов, но жизнь такого мальчишки едва ли будет счастливой…

– Я совсем не об этом. Моего брата забрал патруль, у Лина еще нет конфедерального жетона.

– Сколько ему лет?

– Шестнадцать лет и два месяца.

– Самое время для него пройти реабилитацию и обзавестись статусом. Чего вы боитесь?

Цилиан старался не показывать жадного интереса, почти незаметно наблюдая, как в уголках серых глаз девушки собрались прозрачные крупные капли, потом им стало тесно, и слезы бурно потекли, оставляя на точеных скулах и гладких загорелых щеках извилистые мокрые дорожки. Две капли вдребезги разбились о глянцевую крышку канцелярского стола.

– Великий Космос! Да что же я такого сказал? Прошу вас, умоляю успокоиться! В конце концов, любая проблема может быть решена, надо только очень и очень постараться. Я охотно помогу вам, только не надо плакать, пожалуйста…

– Мой брат болен. Ему не вынести антидот.

– И только-то? Для людей слабого здоровья в законе есть исключение. Оформить лицензию будет не просто, но я охотно помогу вам добиться справедливости. Улыбнитесь, не все так страшно, как кажется.

– Это не все. Он подрался.

– С кем подрался?

– С чиновниками в офисе Реабилитации.

– Плохо. Мальчика могли побить сгоряча.

– Потом он сбежал и два дня прятался в какой-то грязной трубе под землей.

– Это тоже совершенно зря, в таких местах легко можно задохнуться. И все?

– Да! А по-вашему этого мало?

– Ну не так много, чтобы надрывать себе сердце и портить внешность. Скажите, Авителла, вы мне верите?

Девушка медленно подняла залитое горько-соленой влагой лицо. Цилиан терпеливо ждал, пока она успокоится, в душе его в унисон пели вдохновение и азарт охотника.

– Я вам верю, – медленно кивнула Брукс. Кончик льняной косы упал ей на грудь.

Цилиан отвел глаза и мужественно уставился в потолок.

– Отлично! Доверие – замечательная вещь, доверие вдохновляет. Я сам, лично, займусь трудным делом, вот увидите, ваши страхи растают, как тень в розовых лучах рассвета. Если я берусь за работу, то делаю ее как следует. Вам придется зайти ко мне еще разок. Хотя…

– Что?

– Я не хочу подвергать вас оскорблениям этого сайбера-вырожденца. Как насчет того, чтобы…

Тэн Цилиан на мгновение задумался, стоит ли просить у девицы ее уником-номер. Предполагаемая просьба отдавала пошлостью. «Чтобы не пугать птичку, переставим акценты».

– …как насчет того, чтобы взять мою частную визитку? Примите ее, леди, вот мой домашний уником. Звоните через неделю – к тому времени я наведу справки и буду весь к вашим услугам…

– Так долго?!

– А? Что? Важные дела не терпят суеты.

– Но мой брат в лагере!

– Не думаю, что ему там очень плохо. Хотя… я не хочу портить ваши драгоценные нервы. Придется мне поднапрячься, позвоните дня через три.

– Спасибо. Я позвоню.

Девушка поднялась и хмуро побрела к выходу, шаркая о ковер сандалиями.

Цилиан проводил взглядом ее статный силуэт. Потом повернулся к терминалу Системы, быстро, не доверяя ментальному вводу, набрал на клавиатурке свой личный код и имя просительницы. Довольно качая головой, прочитал длинный текст. Снова запросил блок моделирования и ввел те самые скупые данные на Воробьиного Короля, которые так мучительно искал всего час с небольшим назад.