Для меня все ясно: юная невеста в горячке от увиденного ею нашпигованного трупа ведет по телефону откровенные переговоры с молодым женихом и сообщает тому последние новости. Думаю, не ошибусь, если допущу, что информация достигла чужих ушей. Какого рода эта информация? Если господа пошли на столь радикальное действо в ресторане, то это означает действительно лишь одно: девушке известно местонахождение видеокассеты.

— Как я понимаю, Андрей утащил пленку?

— Да.

— И где же она?

— Он передал Шурику Лонго.

— Когда передал?

— Сегодня утром.

— Зачем? Не проще было передать мне.

— Мы не знали, на кого ты работаешь, — последовал обезоруживающий ответ.

— И что изменилось?

— Ничего. Андрей хотел пообедать, поговорить, чтобы потом… — И запнулась. — Он в опасности?

— Не думаю, родная кровь — это родная кровь, — банально рассуждал я. Скорее у Шурика могут быть проблемы. Кто он у нас и где проживает?

И выяснилось, что будущий геолог Лонго старинный приятель жениха и невесты, обитает в районе Медведково, там у него однокомнатная квартирка, подаренная дедом-профессором на восемнадцатилетние. Я плюнул в сердцах и вывернул рулевое колесо, направляя автомобиль на окраину города. Если я прав в своих выкладках, то в лучшем случае мы обнаружим в квартире погром, в худшем… Слишком много времени прошло, чтобы надеяться на то, что нас встретит на пороге удача.

Ситуация складывается неблагоприятная по двум причинам: в деле замешены огромные деньги и студенты. Значит, ждать хорошего не приходится. Хочешь не хочешь, а надо пристраиваться к новым условиям. [S1]

— Робины Гуды хреновы, — позволяю себе вольность.

— Что?

Окраина встретила нас недостроенными громадными домами-новостройками и тяжелым танковым гулом МКАД. Мы подъехали к жилому массиву, похожему на гавань, где пришвартовались гигантские бело-голубые корабли. На память моя спутница не жаловалась и мы быстро обнаружили нужный дом и нужный подъезд. Там ещё сохранился запах извести и новой жизни. В грузовом лифте поднялись на этаж выше нужного. Девушка удивилась: зачем? Так надо, ответил я, извлекая универсальную отмычку.

— Как в кино, — заметила Марина.

— Там красивая сказка, а здесь пыльная быль, — мы спускались по замусоренной лестнице. — Надеюсь, Шурика нет дома? Он примерный студент?

— Ну как все.

Как я и предполагал, незваные гости уже успели распотрошить холостяцкое логово — только перья из подушки летали да под ногами похрустывали образцы геологической породы. Я осмотрелся вокруг и позволил себе пошутить:

— Могло быть куда хуже.

— Что хуже?

— Догадайся сама, — и предложил посетить геологическое учебное заведение.

Так, начиналась охота за призраком, обладающим видеокассетой в один миллион долларов. Было с чего нервничать. Не люблю дилетантов, не понимающих какой опасности они подвергают себя и окружающих. Они напоминают мне хрюшек, которых перевозят по бушующему морю. Судно дало течь и вот-вот пойдет ко дну, команда в панике, а животным хоть бы хны — хлебают душистые помои. Незнание — сила, это относится и к нашей критической ситуации.

Пока мы на джипе пробивались по столичным загазованным магистралям, забитым субботним транспортом, я попросил Марину набрать номер телефона Тихого-младшего. И если его не изолировали, то сообщить, что пленка у нас.

— Изолировали, это как? — испугалась.

— Это значит, не ликвидировали, — и успокоил как мог. — Причин для этого пока нет.

— О, Господи, — и взялась за сотовый телефончик.

— Если его как бы нет дома, — инструктировал, — передай, что интересующая его статья находится у тебя.

Попробуем передернуть карты. Главное, чтобы нам поверили, если это случится, будет возможность вести свою игру.

— А будьте добры, — приторно проговорила Марина в телефонную трубку, попросите Андрея. Нет дома? Что передать? Скажите, что статья, о которой мы с ним говорили утром, у меня. Да-да, у Марины. Хорошо, перезвоню через полчасика, — и мне. — Мужской голос, такой салдофонский, бр-р-р.

Я снова успокоил девушку: все идет нормальным ходом. Для полного счастья надо перехватить студента Лонго с кассетой, тогда вообще никаких проблем.

Выражаясь строгим языком медицины, я оптимизировал свою спутницу по причине того, что она находилась на грани нервного срыва, это я видел. А женщина в таком состоянии это покрепче термоядерной чушки будет. И поэтому посчитал нужным высказать мысль вслух о том, что никаких самостоятельных действий ни она, ни её друзья не предпринимают, в противном случае я не отвечаю за сохранность их молодых жизней. Увидев расширенные от ужаса зрачки девушки, чертыхнулся: ничего себе, успокоил. Проклятье, вот не люблю я такие разборки: семейные переходящие в общественно-государственные. В этих случаях ожидать можно все, что угодно. Не удивлюсь, если сыночек начнет защищать интересы родного отца, хотя в данном случае навряд ли. По словам Марины, в семействе после смерти Тихого-старшего возник раздрай. По какой причине неизвестно, но Андрей полгода назад находился в ужасном состоянии: начал пить и уходить к наркотикам. Именно тогда Марина решила сделать мужественный шаг и предложила создать семью, что помогло Тихому-младшему выйти из кризиса.

Извечная проблема отцов и детей с примесью полового вопроса. Как я понимаю, сын натурал, а папа, мало того, что страдает противоестественной слабостью к мальчикам, так ещё создал материальный мощный фундамент для поддержки Армии любовников. Все это весьма неприятно для молодого неокрепшего и впечатлительного организма. Хотя не спорю: могу и ошибиться в причинах конфликта.

Здание института геологии напоминало современный бетонно-стеклянный гигантский квадрат, поставленный на попа. Такого количества желающих шагать по широким просторам родины с киркой в руках я никогда не видел, и это несмотря на субботний денек. Мы с Мариной решили действовать по стандартной схеме и отправились в деканат.