Мы посмеялись железной логике небесного аса и расстались: мои непритязательные коллеги остались бражничать, ожидая группу Деревянко и труповозку, а я отправился на перекладных в город.

— Я в Управление, — сказал капитану Черныху; и на шоссе, остановив частника, промчался с ветерком несколько километров по направлению к центральному проспекту Ленина, потом притормозил малолитражку и перемахнул в кабину трайлера, тянущегося туда, откуда я только приехал.

Зачем выделывал эти каскадные трюки? Мне нужно было до перевала Дальний круг и я не хотел, чтобы чьи-то бдительные глаза отметили мой интерес к магазинчику «Турист». На такое поведение у меня были основания.

— Дочь говорила, что скоро у нас не будет никаких проблем, — сказала мне на прощание мать Виктории Шкурко.

— В каком смысле?

— В материальном.

— А конкретно?

Мама, смеялась Вика дня три назад, мы купим островок в океане, засадим кипарисами и будем под ними жить с папуасами.

— Островок в океане, — повторил и попросил женщину никому не говорить о моем ночном визите.

— Думаете, с ней что-то случилось? — спросили меня.

Что мог ответить — промолчал. Теперь на этот вопрос получен ответ, страшный для матери. Для меня это лишь один из кровавых эпизодов в сложной криминальной интриге по розыску республиканского наркобарона Папы-духа.

За километр до перевала Дальний круг я прыгнул с дизельного трайлера и он, чадящий, убыл в параллельный, более, как мне кажется, простой мир, где нет непрерывного чувства опасности.

— А с кем она дружит? — спросил я мать Виктории на прощание.

Женщина курила в коридоре и её искаженное лицо в мутном свете лампочки казалось импрессионистским рисунком художника-коканиста.

— Не знаю, — ответила мать. — Она со всеми дружит. — И по моей просьбе назвала несколько имен. И среди них я услышал имя: Анастасия.

Интуиция и опыт подсказывали мне, что последние трагические события каким-то образом связаны с этой девочкой. Хотя не отметаю и того, что я мог спровоцировать действия, в результате которых и случилось то, что случилось.

Отработав несколько версий, пришел к убеждению, что Анастасия то ли по глупости и детскому легкомыслию, то ли от своей безнаказанности затронула интересы неких сил, занимающихся прибыльным бизнесом на белом порошке. Конечно, мог и не заниматься проблемами красивой молоденькой дурехи, да был уверен — так или иначе выйду на того, кого ищу. Папа-дух неуловим, как дух, однако и ему надо себя проявлять перед Организацией, в противном случае подельники не поверят в его состоятельность. Если хозяин не приносит прибыль, материальную или моральную, его лучше устранить от земных забот. Так будет лучше для общего дела.

Я оказался прав в том смысле, что события на перевале Дальний круг развивались по стандартному сценарию поиска нечто.

Проникнув в закрытый на амбарный замок магазинчик «Турист», я обнаружил, что по нему будто прошел смерч. Дикая сила вскрывала половицы и деревянную декоративную обшивку, раскидала товар на пол, разбила витрину стекло скрипело под ногами. Кто-то искал что-то? Кто и что? Вопросы на злобу дня. И где продавщица по имени Римма? Не плещется ли в притопленном состоянии на мелководье? К счастью, мои подозрения не подтвердились. Я услышал лязг засова и приготовил к бою «Стечкина»: вдруг некто любопытный позабыл взять «Завтрак туриста»?

— Ой! — сказала девушка, переступив порог, и едва не лишилась чувств. — Что здесь происходит?!

Все под контролем, ответил я и задал несколько вопросов: где, когда и с кем она была последний час? Вспыхнув, продавщица отвечала, что это не мое дело. Пришлось рассказать об увиденном в створках скалистой раковины. Это произвело должное впечатление. Побледнев, как смерть, девушка призналась во всех грехах: во времени обеденного перерыва она ходит в кемпинг. Зачем? К приезжим друзьям. Пить черный кофе? И не только пить, но и угощаться ихними сэндвичами. Я понял иносказательный смысл признания и порадовался тому, что хоть кому-то в этой истории повезло остаться живым, да ещё с доходом.

— Вызывайте милицию, Римма, — сказал я на пороге. — Обо мне можно не говорить. И последний вопрос: Анастасия Собашникова сюда приезжала — к вам или в кемпинг?

— Такая вся из себя, — поморщилась продавщица. — На красной машине?

— Да, — подтвердил я, — на красной.

Они встречались, две подруги — Виктория и Анастасия на перевале Дальний круг. И встреча эта была неделю назад. С какой целью? Этого Римма не знала, сообщив лишь, что подружки укатили на час, а потом вернулись к закрытию магазинчика.

— И в каком состоянии они находились? — поинтересовался я.

— Как в каком?

— Веселые, печальные? Какие?

— Веселые, — призналась. — Хохотали, как дурочки.

— И что говорили?

— Ничего такого, — передернула плечиками. — Про какого-то Гарика смеялись, как ненормальные.

— Про Гарика смеялись? — повторил я, улыбаясь. — Симпатичный парень?

— Кто?

— Ну этот Гарик.

— А я не знаю кто это, — равнодушно отвечала Римма. — Может, приятель какой Собашниковой?