— Туда, — я махнул рукой на юго-восток, и неторопливо пошёл в указанном направлении. На самом деле всё было не так уж плохо, подавитель, который сопровождал нас до города, никуда не делся, и сейчас бодро двигался в нашем направлении. Пробираться ему оставалось ещё минут десять, после чего у меня появится дополнительный козырь. — За пару часов доберёмся.

Из этих двух часов предстояло половину пути преодолеть по зарослям, а вторую — фактически по пустыне, характерные для этой планеты резкие переходы от растительности к пустым пространствам ближе к океану хоть и сгладились, но ненамного.

— Два часа, ты с ума сошёл? — Чесси обогнала меня и преградила дорогу. — Я и так хожу целый день, у меня ноги отвалятся.

Тут она преувеличивала, основную часть работы брал на себя экзоскелет.

— Без ног ты будешь плохо выглядеть, — Айяти обхватил девушку за то место, где под скафом скрывалась талия, почти без усилий отодвинул её в сторону, обошёл, и бодро потопал дальше. — Непропорционально.

И тут нас атаковали кузнечики — на сканерах они появились, стоило этим тварям приблизиться на сотню метров, так что, когда они бросились на нас, мы были готовы. Местные хищники вели себя агрессивно как никогда, ради человечинки они даже отвлеклись от обглоданного трупа гиппо.

Против вооружённого человека у кузнечиков не было шансов, и обычно какой-то проблеск чувства самосохранения у них присутствовал, стоило убить нескольких, остальные удирали, прятались и нападали исподтишка, но не на этот раз — мы их рвали на части, резали на куски и сжигали дотла, но пятиметровые сволочи лезли и лезли, словно их кто-то гнал вперёд. Хищников было не меньше сотни, и вскоре, если бы люди из города решили нас поискать, это не составило бы им труда. Тот участочек леса, где мы стояли плечом к плечу, был окружён кучами сдохших кузнечиков, точнее говоря — частей их тел. Мы и сами были покрыты слизью и кусками оболочек, твари подбирались, прячась за деревья, и прыгали, когда до них оставалось метров десять, не больше.

И ни одного блинчика, словно хозяева покинули дурных питомцев.

— Люди — приоритетная цель, — подтвердила Илли, очищая излучатель. — Смотри, ещё одна группа.

Таких я тут ещё не видел вживую. В справочнике, который рассылали всем охранникам, они были — хурги, похожие на меховые шары, только вместо меха их покрывали жёсткие, похожие на пилки выросты, которыми они легко стачивали древесину. Хургов было чуть больше десятка, они собрались в одну большую хургову кучу, и покатились к нам.

Эти животные эндемиками не были, скорее всего их завезли на планету конфедераты. В тех инструкциях, которые мы получали, говорилось, что при появлении хурга надо занять позицию в вездеходе и врубить щиты, а потом уходить на максимальной скорости.

Мы попытались уйти — скаф позволял развивать скорость бега до сотни, Айяти в своём халате от нас не отставал, но сильно мешали деревья, не давали разогнаться как следует. Хургам на растительность было наплевать, они подпрыгивали на несколько метров, словно мячики, ударялись о землю или деревья и отскакивали снова. Как этим пушистым шарам удавалось не сталкиваться друг с другом, загадка.

Разгадывать которую мы не собирались. Выстрелы из излучателей вырывали из хургов куски плоти, но раны у них зарастали почти мгновенно всё тем же жёстким мехом. Нам приходилось держаться группой, а вот хурги рассредоточились и взяли нас в кольцо. И выдавливали в определённом направлении.

— Там у них гнездо, — сказал я очевидную вещь. — Нам туда нельзя, придётся отсиживаться.

Запрыгнул на ближайшее высокое дерево, скаф прилип к стволу, и я пополз на самую верхушку. Моему примеру последовали и остальные, так что через несколько секунд мы сидели каждый на своём дереве, и глядели вниз, где меховые шары собрались все вместе, словно что-то обсуждая. Высота деревьев была метров пятьдесят, и я надеялся, что эти гады сюда не доберутся — лапок-то нет.

Но хурги считали иначе. Они некоторое время прыгали на месте — эмоциональный фон животных читался легко, шары были в ярости и очень голодны. Мне даже показалось, что я знаю причину, кузнечики сожрали единственного гиппо, а сами они как еда хургам совершенно не подходили. Зато мы — очень даже.

Один хург подпрыгнул повыше, и взгромоздился на другого. Потом то же самое сделали ещё четверо, и теперь на поляне прыгали пять снеговичков. Они сблизились друг с другом так, словно хотели пообниматься, потом прыжки стали выше, а шары начали выстраиваться в колонну. Десять хургов — двадцать метров. Такая здоровая гусеница выросла под нами буквально за пару секунд, но твари на этом не остановились, они стали подпрыгивать друг на друге — и верхний шар подвзлетал всё выше и выше, пока не добрался до нашего уровня.

Выстрелы из лёгкого оружия не помогали.

Так что пришлось применить тяжёлое. Одиннадцатый шар хурги проигнорировали, и совершенно зря. Подавитель был вооружён значительно лучше нас, и защищён — тоже, из гладкого матового корпуса выросли полуметровые лезвия, он закрутился, превращаясь в подобие шинковального ножа, и вклинился в прыгающую колонну.

Хурги обладали кое-каким разумом, так что им хватило двух нашинкованных собратьев, остальные бросились врассыпную, подавитель, поднявшись над землёй, дал им вслед несколько залпов, и остановился. Наросты втянулись обратно в защитную оболочку.