Перед восьмым восходом солнца Тень вернулся. Ещё до конца седьмой ночи. Семёрка его счастливое число и именно этим числом был украшен его стяг, но в этот седьмой день вести были плохими. В замке Луг всю ночь ярко горели факелы и он был полон народу. Смертные праздновали свою первую победу над нежитью. На стенах стоял тройной караул, а пьяные солдаты в тавернах шептались о скором походе. И что самое скверное Тень заметил в замке Перворожденных.

Перворожденные или Светорожденные, Справедливые, Мирные – дошедшие до наших времён предания называют их ещё Эльфами. Великая и могущественная раса долгоживущих. Как людям удалось заполучить их в союзники история умалчивает. Хотя лично я думаю, что эльфы как существа мудрые сами предложили людям помощь в деле постановки зарвавшейся нежити на положенное ей место.

В любом случае Каина это не слишком испугало, скорее расстроило. От своих планов он в любом случае отказываться не собирался. Зато немного их подкорректировал и вместо обычного отряда в двести вампиров отправил на взятие Луга всю армию. На следующую ночь мы все были у стен. Нас естественно не ждали, поскольку на восходе Армия Зари сама должна была отправиться нам на встречу, но прихода нашего опасались. Отряды вампиров были замечены ещё на подходе, поприветствовать их вышли тысячи горящих ярко-алым пламенем стрел, а стрелять эльфы, надо сказать умеют. Так у стен замка Луг встретились закат и рассвет. Две армии, два полюса. Не буду подробно описывать дальнейшую схватку. Скажу только что впервые увидел, как сражается Перворожденный. Их сила и скорость ничуть не уступает вампирьим, а уж мастерство владения клинком, пожалуй даже превосходит. Их воины с парными мечами – «танцующие лезвия», кажется, так их называли этих убийц. Я как завороженный смотрел с какой грацией эти машины смерти прореживают ряды наших полукровок. Грандиозное зрелище надо признаться. Нашим закалённым в боях воинам, конечно, тоже было что продемонстрировать противнику, но оказалось что нас почти в три раза меньше, да и их маги выдавали такое, о чём я со своим шаманством даже сейчас могу только мечтать.

Именно тогда я начал понимать, что мир гораздо обширнее, чем мне казалось, что в нём есть место для эльфов, драконов и магов, а Сумеречные земли (которые были для меня огромной вселенной) это лишь маленький клочок карты, который легко можно закрыть ладонью. Тогда у меня мелькнула мысль, что может и Каин не всемогущий бог, а всего лишь один из нас. Хотя тогда подобное отдавало мне въедливым запахом ереси и стоило бы мне головы, если бы я упомянул это в слух. Подумать только, сколько всего превратилось за это время в легенды и сказки. Я рассказываю минувшее как мультфильм с элементами фэнтези и любой здравомыслящий, современный человек услышав такое только покрутит пальцем у виска. Да…

В Замок Заката нас вернулось ровно четырнадцать. Каин, что обычно было ему несвойственно, не бросил своих Апостолов в бой. Мы наблюдали всё со стороны, находясь в резерве. Мы генералы и апостолы Каина и ещё один. Все звали его Клык. Он и до перерождения отличался завидной статью и силой, а уж после… Просто гигант. К тому же достаточно проворный и умелый воин. Но владыка приблизил его к себе, кстати, буквально за несколько лет до краха, скорее благодаря собачьей преданности Клыка, чем за физические данные. После смерти Тринадцатого, а теперь в его смерти уже не приходилось сомневаться, Клык занял его место. Хотя нет, не его. Тринадцатый был последним апостолом, а Клык стал первым. Остальные его завистливо недолюбливали. Ещё бы: мало того, что простой полукровка, пробился в Свободные, так ещё помнил своё прошлое до перерождения (по этому поводу мы завидовали всем, поскольку своего прошлого не помнили только мы) и был поставлен над нами, апостолами, старшим – то есть стал правой рукой Каина. Невиданная удача, хотя надо признать вполне заслуженная.

В последующий месяц в Закат вернулось ещё с полсотни наших воинов. Это всё что смогло уцелеть в битве. Некоторых посчитали мёртвыми, некоторые успели сбежать с поля боя, когда поняли неизбежность поражения. Последние, кстати, подошли к замку не намного позже нас.

Но вернулись мы в никуда. Территория вокруг была опустошена и покинута даже животными. Земли Заката стали безжизненной пустыней, а вокруг практически на неделю пешего пути были только предрассветная серая мгла да ветер, завывающий в пустых коридорах и башнях поместий и замков разорённых вампирами. Люди не спешили в них возвращаться. Да собственно и возвращаться было некому. Мы сами, своими клыками и когтями уничтожили всё живое в округе. Никто не выживал после нападений, а новые жильцы только плевались, услышав о северных пределах населённых нежитью. Единственные создания осмеливающиеся забредать далеко в глубь Сумеречных земель – воины Ордена Серафимов. Небольшие мобильные группы хорошо вооруженных и подготовленных к схваткам с нежитью людей, натасканных Перворожденными – маленький подарок эльфов младшим братьям. Серафимы стали всё чаще прохаживаться по Сумраку, вылавливая и предавая огню все, что посмело остаться живым после смерти. Светорожденные научили их такому, что по эльфийским понятиям людям ни в коем случае знать не полагалось. Взамен взяв слово, что данные знания навсегда останутся внутри ордена и будут использоваться только для борьбы с нежитью. Учитывая напыщенность и показное превосходство эльфов над всем и вся, а так же ревностное оберегание своих секретов, дело почти немыслимое. Видимо Каин умудрился напугать даже ничего не боящихся Перворожденных.

Естественно, что Сумрак не ограничивался землями Заката. Вокруг проживали и другие кланы вампиров находящиеся в относительном мире с людьми. И если до этого они просто побаивались Каина. В виду своей малочисленности и слабости сидели тихо и не показывали носа, довольствуясь лишь объедками с барского стола. То теперь осаждаемые Серафимами с одной стороны и сильным оттоком людских доноров с другой, стали предъявлять Каину определённые претензии. Кое-кто как я слышал, даже пытался вести переговоры с людьми но, судя по всему, это не увенчалось успехом.

Круг сужался. Мы стали опасливо коситься по сторонам находясь на поверхности и переместились жить в замковые подземелья. Часто собирались вместе, обсуждая возможные дальнейшие действия, и с сожалением замечали, что нас становиться всё меньше. Кого-то забирали Серафимы, кто-то сбегал, ища лучшей доли. Мы не пытались искать бежавших, было не до того. Лишь Каин, удалившись в Зал Призыва, казалось, не замечал надвигающейся опасности. Ничего не изменилось в его поведении, он вёл себя так словно всё идёт по намеченному плану. Даже, пожалуй, был веселее обычного и постоянно пропадал в своей берлоге, проводя бесчисленные эксперименты, как мне казалось. Каин заставил нас перетянуть целую уйму ящиков в Зал Призыва, что в них он не распространялся, а спрашивать нам не полагалось, хотя лично мне было безумно интересно. Но навыки и привычки привитые нам с момента перерождения не оставляли даже возможности помыслить о каком-либо непослушании либо проявлении излишней инициативы. «Создателю виднее, ибо он мудр» – Это всё что приходило в наши головы при появлении спорных вопросов.

Единственный кто не был подвержен слепой вере и безоговорочному подчинению Каину, как ни странно, был Клык. Клык, который-то и пробился в верха только благодаря щенячьей преданности хозяину. Мало того, что он был умелым и сильным воином, оказалось в его черепе находиться что-то помимо ливера. Причём его ума хватало даже на то чтобы скрывать такие опасные вещи как проницательность и ум. Каин никогда не любил выскочек, а таковым был любой, кто выражал в его присутствии мысль более здравую, чем мысль создателя. Именно Клык зародил в наших душах зерно сомнений и как мы вначале считали – предательства. Ему удалось так убедить никому не доверяющего Каина в своей преданности, что тот допустил его в свой святая святых Зал Призыва. Там Клык, совершенно случайно, увидел открытую книгу.