— Вижу, ваши офицеры несколько ошиблись в оценке картины, почему-то решив, что мы уже победили в сражении. К сожалению это не так и мне все еще нужна ваша помощь.

— Да, я знаю. Наш вынужденный маневр обусловлен тем, что на наши системы напали и мы собирались срочно идти на их защиту… — ответил японец.

— Но… — намекнул на продолжение Лирин.

— Но мои советники напомнили мне про наши договоренности. Как вы понимаете, я бы с радостью их выполнил…

— Но… — уже несколько зло сказал Лирин, его раздражала манера людей, из которых нужно было буквально вытягивать слова.

— Но должен защитить свой дом. — закончил Ташидо.

— Тогда к чему этот разговор? — уже раздраженным тоном поинтересовался Лирин.

— Мои советники навели меня на мысль, что вы можете помочь с защитой наших систем.

— Я? — удивился Лирин. — каким образом? Мой флот здесь и…

— На нас напали корейские кланы.

— И что? Что это меняет? Каким образом я могу вам помочь?

— Отключите их. И мы сможем вам помочь здесь. Нам не нужно будет лететь к своим системам.

Лирин удивленно поднял брови. Вот так вот, значит. Отключи корейцев или мы не будем за тебя воевать. В принципе, что тут сложного? И просьба вполне адекватна…Правда отключение корейцев может привести к лавине новых проблем, но…

— Господин Лирин. — привлек внимание Лирина адмирал Блуждающего флота.

— Я занят.

— Господин Лирин! Это срочно!

— Простите Ташидо. — со слащавой улыбкой сказал Лирин японцу и развернулся к экрану с адмиралом, скорчив устрашающую гримасу. — Что там у вас?

— Минное поле двигается на нас. — адмирал сказал это так, словно бы сам не верил в то, что говорил.

— Что???

***

Технику всегда была интересна история войн и однажды, разбирая очередную бракованную мину, собранную на, как называли его предприятие, «Эдемский миностроительный завод имени Техника», дабы узнать причины поломки и исключить их повторение на линии (последние шесть мин были бракованными), он просто рассказывал двум рабочим, помогавшим с разборкой, о первой мировой войне, ставшей известной благодаря появлению на полях сражений новой, невиданной техники.

— Вот к примеру. — говорил он. — именно тогда впервые начала использоваться военная авиация и именно тогда начали создавать противовоздушную оборону, так как войска были попросту беззащитны от налетов. Более того — многие боялись невиданных летающих чудовищ. Тогда же впервые применили и химическое оружие.

— А шагоходы? — спросил один из рабочих. — шагоходы тогда изобрели?

— Нет, шагоходы, насколько мне известны, были придуманы тагами. И на своей заре использовались для устрашения норгов. Те часто поднимали восстания и просто убивать их было глупо — это приводило к еще большему недовольству, да и таги не хотели уничтожать рабов. Но как-то подавить бунт было надо. И тогда таги создали Шагоходы. Здоровенные железные чурбаны, которых норги боялись и почитали.

— А почитали то чего? — удивился второй рабочий.

— А таги их делали очень похожими на норгов. И те считали, что это их боги. Они до сих пор относятся к своим шагоходам, как к реликвиям. Даже уничтоженный не переплавляют, а пытаются починить.

— А если ему полный капут? — поинтересовался второй рабочий.

— хоронят. — без тени усмешки ответил Техник.

— Смешно. Как можно бояться машины и тем более считать ее богом? — хмыкнул первый рабочий.

— Очень просто. — ответил техник. Во время той же первой мировой на Земле, впервые применили танки. И солдаты, набранные из простых крестьян, воспринимали их как огромных и страшных монстров. Боялись на столько, что даже под угрозой расстрела не хотели идти в бой. Сами танки были кривые, часто ломались, но зато наносили не столько физический урон, сколько были эдаким методом психологической атаки.

— Вот интересно. — перебил второй рабочий. — почему на гусеницы ставили только здоровенные орудия? Почему не пулеметы или огнеметы?

— Почему не ставили? — удивился техник. — ставили. И пулеметы и огнеметы. Были даже мины и бомбы на гусеницах.

— Зачем? — рассмеялся рабочий.

— Ну как зачем. — улыбнулся и Техник. — бомба сама доезжает до точки подрыва и взрывается. Удобно.

— Ну я бы не сказал. — вмешался второй рабочий. — это ж какая стоимость такой бомбы? Делать гусеницы, движок. И только ради того, что бы она один раз прокатилась до нужной точки и там рванула. Ладно бы сбросила бомбу и прикатила обратно. Тогда я могу еще понять…

— Ага, гусеничный бомбардировщик. — хмыкнул второй рабочий. Не ну а чего. в космосе бы такая штука была очень кстати. Представь — летит корабль, видит перед собой минное поле. Еле успевает остановиться. Начинает разворот, а мины хоп и окружили его.

— Ага, отобрали деньги и уником, еще и пару раз рванули возле борта, что б в следующий раз резвее расставался с ценностями. — засмеялся первый рабочий.

— Нет ну зачем взрывать? — обиженно возмутился первый, явно не поняв шутки. — Тот кто управляет полем, снимал бы свою мзду за проход, мины отлетали на свои места и корабль уходил.

— НУ да, скажешь тоже. — смеялся второй. — ладно. Хватит зубоскалить. На линии, получается, просто реле ставиться криво. Сейчас поправим и вуаля — мины будут без дефектов. Давай собирать эту. Техник! Эй Техник.

Техник же их не слышал, он замер с отсутствующим взглядом, как всегда делал, когда крепко задумывался.

— Эй! Мастер. Чего ты там бормочешь? — первый рабочий подошел ближе и услышал:

— Летающие мины…летающие мины…интересно…

— Эй техник! С тобой все в порядке? — рабочий положил ему руку на плечо и встряхнул.