Толпа зрителей ответила таким ревом, что я поразился, как столь древнее сооружение, каким выглядел Полый Холм, выдерживает бурные излияния эмоций на протяжении нескольких веков — или тысячелетий? Возраст Преисподней был величиной неизвестной…

— В черном — новичок нашего состязания, не получивший еще права на ношение собственного имени! — возвестил герольд, показывая на меня.

Зрители оценили мое появление серией нестройных свистков. Впрочем, я отнес это за счет неизвестности. Нельзя же ожидать, что меня будут узнавать где угодно.

Хотя в Преисподней я как раз становлюсь частым гостем…

— В красном — победитель тысячи поединков, Неуязвимый, изъявивший желание сражаться в составе команды Венценосных!

Голос дьявола-герольда напоминал крик ярмарочного зазывалы, но толпе определенно было все равно: кумир был встречен шквалом аплодисментов, и стены Полого Холма вновь содрогнулись.

Неуязвимый — чернокожий громила, полностью закутанный в кроваво-красные шелка, — выпрямился во весь свой восьмифутовый рост и потряс в воздухе соответствующего размера алебардой. Метнув в меня взгляд профессионального людоеда, он что-то прорычал на неизвестном мне наречии. Правда, в переводе нужды не возникло.

Молча пройдя на свое место, я не стал пока обнажать оружия, обращая основное внимание на концентрацию мыслей. Почувствовав надвигающуюся схватку, Тигр внутри меня зашевелился. Я попросил его притихнуть, но быть наготове. Тигру это не очень понравилось, однако мы уже давно договорились, что тактика — за ним, а вот стратегию в бою выбираю я.

Гонг.

Чернокожий громила передвигался с поразительной для его сложения быстротой — лезвие алебарды просвистело в двух дюймах от моего лица. Завершив кувырок, я выхватил из-за спины меч и парировал следующий удар. Лязг металла и сноп искр совпали с единым вздохом зрительской аудитории: «Адаманит!»

Пропустив алебарду справа от себя, я нанес удар ногой в область сердца, надеясь завершить бой сразу. Черт! Этот гад носил потайной панцирь, и весьма прочный; таким пинком на тренировках в Школе Тигра я разбивал рыцарские латы. Он осклабился — и древко алебарды внезапно разломалось. Нет, не разломалось, а распалось на две части: одна покороче, оснащенная топором и копейным острием; вторая длиннее, и из нее торчал толстый шип. Я не видел тусклого блеска ядовитой смеси, но и так знал, что она там…

Выпад слева, замах снизу, блок, ложный выпад и перекат, удар с разворота…

Парировал, отступил чуть-чуть вбок, подпрыгнул, увернулся, принял скользящий удар на зазвеневшую мифриловую броню…

Подкат, «ножницы», выпад вверх; вскочить с одновременным рубящим ударом справа, перехватить крестовиной меча падающую на голову алебарду, поворот — и рывок через плечо!..

Время послушно замедлилось, когда Тигр взял контроль на себя. В глазах Неуязвимого появился проблеск страха, но он даже не успел понять, что в точности произошло.

Тем более не поняли этого зрители. Они увидели лишь темное лезвие, выскочившее из спины гладиатора в красном. Крови не было, ее впитали многочисленные одежды Неуязвимого — бывшего Неуязвимого.

Я рывком выдернул оружие из тела противника, вытер меч и вложил его в ножны. Толпа недружелюбно безмолвствовала, на что мне было решительно наплевать. Дрался я не ради славы…

А ради чего, собственно?

Удаляющийся «в свой угол» Тигр насмешливо фыркнул.

«Когда Герой начинает задумываться о том, какого дьявола он делает в этом месте, события поворачиваются так, что ему приходится намного труднее».

С каких это пор, позвольте спросить, Тигров учат законам и философии Игрового Кодекса?

Впрочем, он был прав. Я сейчас имел несколько более низкий статус, являясь всего лишь пешкой — одним из Гладиаторов. Произошло это как бы само собой, что могло означать только одно: я зачем-то получил передышку. Что ж, спасибо. Это мне не помешает.

Но нельзя забывать, что перемена статуса происходит в Игре порой очень быстро — и в обе стороны…

Следующий день был посвящен многоборью, а в этих состязаниях я участия не принимал. Дом Льда организовал достаточно многочисленную команду, чтобы не привлекать к различным по типу соревнованиям одних и тех же участников. Собственно, по тому же принципу были скомпонованы все команды. Их было четыре, включая мою, и свободный день я использовал для более близкого знакомства с каждой. А то как-то нелепо: участвую в большом турнире, понятия не имея о соперниках и союзниках.

Выяснилась следующая картина: Венценосные, постоянные победители этого турнира, оставались фаворитами и теперь; за ними следовал Дом Огня, набравший, судя по разговорам, самую лучшую команду за последние двадцать лет. Третье место сейчас делили славившийся своей непредсказуемостью Дом Вихря и считавшийся вечным аутсайдером мой Дом Льда, впервые за черт знает сколько веков не выбывший из борьбы после поединков. Оказывается, Неуязвимый считался едва ли не лучшим среди Гладиаторов, и Дому Льда присудили за мою победу целых двадцать очков, так как ставки на этот поединок были двенадцать к одному — не в мою пользу.