Мы двигались сквозь цветные туманы Нереальности уже черт знает сколько времени. Почему-то не чувствовалось ни жажды, ни голода, ни даже усталости.

— Это иллюзия, — ответила Янтарная Звезда, когда я выразил свое недоумение вслух. — Если мы задержимся здесь, то умрем от истощения. И тогда станем такими же, как коренные обитатели Нереального.

— А сколько нам еще осталось? — спросил Дакан.

— Дня два, максимум три.

— За день с небольшим я прошел девять кругов ада, — ухмыльнулся я, — так что двух дней на Миры Нереального как-нибудь хватит.

— «Прошел»? — ядовито повторил Мортис. — Скажи лучше «пролетел» — не без помощи самих Владык Ада. Как же, слышал я об этом твоем «пролете»…

— Расскажи! — попросила чародейка.

Зная, что пожалею об этом, я все же не отошел в сторону и выслушал рассказ о собственных похождениях в Преисподней. Изложенный с точки зрения самой Преисподней.

Ну нет, ЭТО никак не могло быть правдой! У меня в памяти отложились совсем иные события. Разве ж я изображал из себя Повелителя Мироздания?..

Стоило этому вопросу облечься в слова, как на него был получен ответ. Утвердительный по меньшей мере наполовину. Я-то, может, и не изображал из себя Повелителя Мироздания. Но Он — изображал.

Или был им на самом деле.

Второе, конечно, было менее чем возможно, однако полностью исключить такого варианта описания событий я не мог.

И потому с чистой совестью позволил Черному Страннику завершить повествование, хотя нарисованная им картина разительно отличалась от той, что помнил я. Так было даже лучше: чем меньше народу подозревает о том, что произошло на самом деле, тем интереснее.

Лишенный Имени завершил историю как раз вовремя. Перед нами появилось нечто, более всего напоминающее акулью пасть. Только эта акула значительно превосходила размерами самого крупного дракона.

— Нам везет, — сообщила Элайн. — Выход недалеко.

— Повтори-ка, — попросил Джанг, — ты говоришь, нам везет?

— Ну да. Могло быть и хуже. У Врат, понимаешь ли, всегда имеется Стража. Тут, по крайней мере, стоит нечто, что можно сразить.

— Ты хочешь сказать, что эта акула из слабых Стражей?

— Нет. Слабых в рядах Стражей не существует. Есть умные и глупые, есть неуязвимые и трудноуязвимые.

— Неуязвимости не существует, — возразил Дакан. — Всегда найдется либо нужное оружие, либо щель в броне.

— Это обговорите позднее, — прервал Мортис. — Сейчас надо определить, как можно сразить эту тварь.

— Она малоподвижна, — сказала чародейка, — так как не привыкла к местной зыбкой почве вместо нормальной воды. Слабоуязвима для огня и холода, различает иллюзии и действительность — даже здесь. Сталь ее обжигает, но серьезно ранить не может. Серебро работает идеально. Адаманит и мифрил — не знаю. Данных нет.

— Если действует серебро, подействует и мифрил, — решил Неуловимый, — они взаимосвязаны в трансмутации. Ладно, можно начинать.

Вытащив из заплечной сумки несколько трубок, он сноровисто собрал короткий лук. Я как-то видел оружие Странника в деле и знал, что по мощи оно не уступало длинным лукам сидхе. Затем Дакан достал пакет с наконечниками для стрел, отобрал все мифриловые и серебряные и аккуратно соединил их с тонкими черными стержнями, получив отличные стрелы. Оперение у них отсутствовало, однако стрелы каким-то образом все равно летели точно в цель.

Подготовка Черного Странника ограничилась тем, что он сбросил свой плащ, под которым обнаружилось кольчужное облачение, подарок Кали. Тонкие мифриловые кольца верхнего слоя искусно переплетались с адаманитовыми звеньями основы, образуя на груди Лишенного Имени серебристый рунный орнамент.

— «Реальность есть свет мечты, пробившийся сквозь тьму предрассудков», — перевел Мортис, перехватив мой вопросительный взгляд. — Среди дроу были не только философы…

— …но и мастера-кузнецы, — кивнул Джанг.

— Это не совсем то, что я имел в виду. Хотя так тоже неплохо.

На широком поясе Черный Странник разместил целый арсенал: кроме двух косоподобных штуковин, называемых им боевыми серпами, там оказались два широких тесака с весьма странными эфесами, большой набор метательных ножей и трубка, до смешного похожая на детскую игрушку для плевков. Кроме того, Лишенный Имени нацепил когтистые перчатки, превратившие его руки в подобие драконьих лап.

Неуловимый с завистью прищелкнул языком.