По лезвию Меча Аркана волной пробежало белое пламя.

— Ты желаешь поединка?

— Да, но в свое время и в своем месте.

— Это решать мне, — заявила Белоснежка. — Ты пока по-прежнему в моей власти.

— Но не я, Ариэль!

Если раньше Владычица Хиллсдауна была бледной (от страха или от гнева — не столь важно), то теперь она буквально посерела, застыв мраморной статуей. Слова Фрейи произвели весьма мощный эффект, на что она и рассчитывала.

Зная, что противница очень скоро придет в себя, Искательница не теряла времени даром. Подскочив к Ведунье, она вырвала из ее руки меч, обожглась, но не выпустила артефакта.

— Жаль, не хватает энергии для прямой телепортации, — произнесла Владычица Готланда. — Держи, Гор: договор остается в силе.

— Согласен, — кивнул Мастер Рун, осторожно принимая светящийся клинок. — Я не забуду этой услуги.

— А я на вашем месте не забывал бы сохранять инкогнито, — молвил Провидец. — Мне бы очень не хотелось самому вмешиваться в память смертных, однако…

— Я немного подправлю их воспоминания о нашей встрече, — сказала Фрейя, — но если Кали подаст протест, прошу учесть, что «сделано сие было по твоему желанию и для блага Арканмирра».

— Не надейся, расписку не дам, — предупредил Мастер Колеса.

— Знаю, — улыбнулась Искательница, — просто запомни для себя.

Контакт разорвался, оставив скованную собственным именем Белоснежку-Ариэль в верхних покоях ее же Цитадели, Фрейю — в Готланде, Ориона — неведомо где, а Гора — в коридоре тюремных подземелий. У Мастера Рун оставалась лишь одна проблема: как бы придумать правдоподобное повествование о том, как у него в руках «неведомо откуда» появился меч, вокруг которого даже слепой заметит невероятную ауру могущества.

Даже если этот слепой не является Орионом Провидцем.

С'сейра наконец осмелилась выглянуть из своего убежища и произвести необходимую рекогносцировку. Готовая в любой момент юркнуть обратно, она сейчас походила не на драконицу, а на простую ящерицу. Однако все проблемы, связанные с несоответствием традиционному драконьему образу, были временно забыты: дело важнее.

Королева Драконидов ожидала увидеть Чашу Бурь в дымящихся развалинах, над которыми скорбно реяли несколько призраков-Миражей, лишенные возможности вернуться на родину. Ожидала она и незримого присутствия Кали: Кудесница отслеживала свою пропавшую в этой области поисковую группу и, естественно, уделила некоторое внимание Владычице Риер Шана. Обменявшись несколькими учтивыми — и ничего не значащими — словами, обе продолжили свои исследования.

Чего С'сейра не ожидала, так это повышенного внимания к тому же месту почти всех Наблюдателей и доброй половины Игроков, чьи глаза-звезды сгруппировались на небосводе так, как будто они искали нечто в пределах Арканмирра — и не могли найти.

Ну что ж, грех не воспользоваться таким случаем.

Она направила свою систему зеркал в точку равновесия, где влияние Высших Сил было обезличенным, но одновременно и самым могучим — уже как следствие перекрестного взаимодействия Игроков. И, как и ожидала, получила новое пророчество.

Ожидания, однако, этим и закончились. Дальше начались неожиданности. Сперва неприятные, затем — очень неприятные.

Как обычно.

Читая рунные строки, Королева Драконидов медленно белела от боли, ненависти и бессильной злобы.

— Да будут прокляты ваши трюки и блеф! — не выдержала Владычица Риер Шана.

Зеркало промолчало, осознав, что эти слова относятся не к нему.

Игроки также не выразили своего отношения к этой фразе, прозвучавшей как-то по-детски, — у них объявились иные занятия, куда более интересные, нежели бесплодная перебранка из-за отдельных пунктов Кодекса с Игроком младшего, Седьмого Ранга.

Противоречащие друг другу путеводные указатели, которые С'сейра упрямо называла пророчествами, объяснялись крайне просто. Если бы Королева Драконидов дала себе труд немного подумать над этими несоответствиями, она догадалась бы, что причиной их возникновения является не что иное, как различие самих путей следования Игроков старших рангов. А различные пути, что вполне естественно, требуют различных указателей.