На четырнадцатом этаже охранник расправил плечи и шагнул в коридор, решив до конца исполнить свой долг. Грег не считал себя особым храбрецом, но нес перед жильцами этого дома ответственность. В свое время он не спасовал перед нацистами, не спасовал в Корее, и теперь тоже не отступит.

У дверей Генри Фицроя он убедился, что молоток не виден из-за ноги — он не собирался использовать свое орудие, разве что только в крайнем случае, — и постучал.

— Проклятье! — Вики бросила взгляд на дверь. На полицию непохоже — у полиции свой особый, безошибочно распознаваемый ею метод звонить, — но если не ответить, будет только хуже. Вдруг кто-то на улице заметил на балконе Генри демона...

Сквозь глазок она увидела расплывчатую физиономию пожилого охранника, сидевшего при входе. Пока она его разглядывала, тот поднял руку и снова нажал на звонок. Вики не знала, что ему вдруг понадобилось, и не хотела этого знать. Главное, что ему нельзя видеть сейчас Генри, так что предстояло избавиться от него, не позволив при этом разглядеть поле боя в гостиной. Если у охранника возникли подозрения — судя по выражению его лица, он явно был чем-то озабочен, — ей нужно не оставить у него никаких сомнений по поводу того, чем именно Генри Фицрой был занят последнюю пару часов. А если у старика подозрений никаких не было, важно, чтобы они у него не появились.

«Это безумие, — неожиданно понял Грег. — Мне следовало бы прийти сюда после восхода солнца, когда мистер Фицрой спит. — Старик нервно пробежался пальцем по рукоятке молотка для крокета. — Я ведь могу взять запасной ключ и удостовериться в том или ином...»

Дверь открылась, а вместе с ней раскрылся и рот охранника, когда он уставился на растрепанную женщину, которая сонно смотрела на него, кутаясь в мужской купальный халат.

Прежде чем открыть дверь, Вики выключила везде свет, оставив одну-единственную лампочку как раз напротив входной двери в надежде, что ее свет не позволит увидеть то, что она не сможет заслонить своим телом. Навалившись на приоткрытую дверь и косяк, она на всякий случай спустила халат с плеча. Вики не собиралась ослепить охранника своей красотой, но если она хорошо разбиралась в людях, то именно такая ситуация должна была более всего смутить старика.

Возможно, это не было такой уж блистательной идеей, но ничего лучшего ей в голову не пришло.

— Чем могу помочь? — спросила она, прикрывая ладошкой не совсем притворный зевок.

— Э-э, ничем... то есть, я хочу сказать, мистер Фицрой дома?

— Дома. — Вики улыбнулась и поправила очки на переносице. Халат сполз еще ниже без всякой ее помощи. — Но он сейчас спит. Он немного... — она сделала паузу, достаточную для того, чтобы уши охранника окончательно заалели, — подустал.

— А... — Грег прочистил горло, не зная, как потактичнее выпутаться из жутко неловкой ситуации. Было очевидно, что Генри Фицрой не покидал своей квартиры последние несколько часов. Не менее очевидным было и то, что он не всаживал клыки в шею этой молодой дамы, впрочем, как и в другие части ее тела. На которые Грег изо всех сил старался не смотреть. — Я просто... э-э... то есть в лощине произошел инцидент,и я просто подумал, что вдруг мистер Фицрой видел или слышал что-то, так как он обычно бодрствует по ночам. Я, конечно, знаю, что его окна выходят на другую сторону...

— Думаю, он ничего не заметил. Он был... — Снова пауза. И вновь яркий румянец залил лицо старика. — Занят, знаете ли.

— Простите великодушно, что вас побеспокоил. Я поговорю с мистером Фицроем в другой раз.

Он выглядел таким расстроенным, что Вики, поддавшись импульсу, протянула старику руку помощи.

— А этот инцидент произошел с кем-то из наших знакомых?

Грег кивнул, откликаясь на сочувствие в голосе женщины.

— Миссис Хьюз и Оуэн. Это был ее пес. Они жили на этом этаже в конце коридора. — Он показал где, и у Вики перехватило дыхание в горле, когда она увидела, чтоохранник держит в руке.

Тот проследил за ее взглядом и покраснел еще больше. Яркие полоски на молотке, казалось, насмехаются над ним. Он совсем забыл, что принес его с собой.

— Ребятишки, — поспешил он объяснить, — вечно все везде разбрасывают. Я просто взял молоток, чтобы отнести на место.

— Ясно. — Она с усилием оторвала взгляд от молотка. Проявить повышенный интерес к нему означало все разрушить, а если вырвать его из руки охранника и швырнуть в шахту лифта — как ей невероятно хотелось сделать, — то, скорее всего, такой поступок как раз и мог бы считаться проявлением повышенного интереса. — Мне жаль эту женщину и ее собачку, — сумела выдавить из себя Вики.

Старик снова кивнул.

— А уж мне-то как... — Тут он приосанился, и Вики сразу поняла, что охранник вновь преисполнен сознанием долга и ответственности. — Нужно возвращаться на пост. Простите, что потревожил. Спокойной ночи, мэм.

— И вам тоже.

Грег подождал, пока не услышал щелчок замка, после чего двинулся обратно к лифту. Когда двери неслышно сомкнулись за его спиной, он посмотрел на молоток в своих руках и покачал головой. Последний раз он испытывал такой стыд в девятнадцать лет, во время Второй мировой войны, когда по ошибке забрел в душевую женской вспомогательной службы.

— Вампиры, как же! Должно быть, я старею...

Вики привалилась к закрытой двери, почувствовав неизмерную слабость в коленях. Да, их чуть было не разоблачили. Снова включив свет в гостиной, она, осторожно ступая по стеклам, вернулась к Генри.

Тот смотрел на нее из-под ладони, защищавшей глаза от холодного света.

— Вам лучше? — спросила она.

— Все относительно... лучше по сравнению с чем? — Фицрой спустил ноги с дивана и с трудом сел. Так скверно он себя давно не чувствовал.