Шрифт:
О, меня поприветствовали гораздо громче, чем выпендрёжника Павлио. И это, почему-то, вполне себе приятно…
На другом конце арены появился мой противник — девушка в чёрной кожаной броне.
И, тут же, над стадионом раздался голос диктора, который представил меня и мою оппонентку.
Это оказалась некая Руфь.
Девушка по виду была настроена серьёзно — плотно сведённые брови, и фигура, которая практически не шелохнулась за во время объявления диктора стадиона.
Как только бой был объявлен, она мгновенно ушла в инвиз.
Это р'oга, что ли? Как-то не доводилось раньше встречаться с этим классом игроков.
Хотя я и сам, за счёт невидимости, от Пифона — тоже, по сути, рога. Правда, имбовая, ведь, рога после нанесения первого удара становится видимой, а я могу бить прямо из инвиза.
Между тем, мне в спину впился кинжал.
Получено: 1 урон.
Нихрена, себе! Она смогла нанести мне какой-то урон. Может, у неё кинжал, у которого абилити — всегда наносить урон, не важно против кого? В другом случае, я совершенно не понимаю, как ей удалось пробить мою броню.
Я развернулся, и появившаяся было за моей спиной рога тут же опять ушла в невидимость.
Секунда, и мне прилетел укол кинжалом в бок.
Получено: 1 урон.
Руфь опять появилась на одно мгновение, и тут же исчезла. Но только для того, чтобы снова уколоть меня в спину.
Получено: 1 урон.
Эх, Руфь — Руфь. Не помогут тебе твои ухищрения, даже если ударишь меня своим кинжалом миллион раз. У меня снятая единичка жизни мгновенно регенит. Да, и невидимость твоя — тоже тебе не помощник. Я могу сказать “фас” Гаврюше, могу взмахнуть своей длинной косой, и, просто, тебя задеть, могу, в конце концов, бахнуть по площади божественным умением, и перемолоть тебя землёй.
Кстати, а вот, захотелось стрельнуть по воробью из пушки…
Я достал "Темноту", и приготовился. А после очередного укола мне в спину, развернулся, и активировал стометровую волну огня…
Широчайший огненный поток просто смёл со своего пути оппонента. Затем, пронёсся через всю арену и ударился в барьер — превратив восемьдесят процентов арены в огненную геену.
Огонь исчез так же быстро, как и появился…
Перед о мной открылся вид лежащего игрока — в двадцати метрах от меня…
Естественно мёртвой — где-то там мелькало сообщение о нанесённом уроне.
Притихший было стадион, взорвался снова криками.
Эх, весь этот турнир, теперь, какой-то фарс. Тут нет никого даже приблизительно моего уровня, и быть не может. Скучно. Надо, просто, уже выиграть его и получить ключ…
Глава 11
После стадиона, я вышел в реал. Элия отписала, что пока занята в Легенде, так что я решил сгонять наконец-то в спортзал. А то, давненько меня там не было.
Только вечером мы провели время с Элией. А утром, я уже был перед стадионом, так как, следующий мой бой был намечен на следующий день.
В этот раз, меня не отводили ни в какую комнатку, а сразу повели на арену. Я так понял, мой бой шёл первым.
Стоя на выходе из подтрибунного помещения, я вдруг поймал себя на мысли, что уже как-то попривык к той толпе, к которой сейчас выйду. Тот небольшой мандраж, который я испытывал в первый раз, когда выходил на арену — его уже нет. И, если во-второй мой выход было ещё какое-то волнение, то теперь, в четвёртый раз, разве что, ощущаю небольшое предвкушение. Всё.
Над стадионом разнёсся голос диктора:
— Пр-р-риветствуем всех зрителей в четверть финале турнира имени Орвеля второго! На первый четвертьфинальный бой мы подготовили для вас один из самых интересных боёв турнира. Встретятся игроки, которые смогли победить своих соперников с одного удара!
Я оживился. Неужто, моим противником будет тот самый придурок?
Я потёр руки друг об друга.
Хе-хе. Ну, вот, ты и получишь то, что заслуживаешь, дружок!
Мой сопровождающий кивнул мне на арену, и чуть подтолкнул вперёд ладонью за плечо.
Тут меня подталкивать и не надо. Я сам рвусь в бой!
Бодренько так пошагав вперёд, я даже на трибуну — в поисках гномов, не посмотрел. Всё моё внимание сконцентрировалось на другом конце арены, где появился парень в расписных серебрянных доспехах.
Да! Он самый! Как, там, его… Павлинио, или что-то такое.
Диктор что-то говорил, но я обратил на это внимание только, когда услышал свой ник. Это, походу, диктор представил меня публике.
Я поднял руку вверх, и стадион взревел.