Последовавший за этим разговор по кибер-связи длился менее секунды и в переводе на интерлингву выглядел бы приблизительно так:

— Что будем делать?

— Ничего не будем делать.

— Причина? Это ведь тот самый, о котором говорили на полицейской волне. И они ошибаются — его жетон настоящий. Потенциально ценные сведения.

— Мы не должны были слушать полицейскую волну. Наказуемое деяние.

— Необязательно сообщать о том, что мы ее слушали. Можем доложить просто о подозрительном полицейском. Ценные сведения. Потенциальная благодарность хозяина. Повышение статуса полезности.

— Ты тут новенький. А это не просто коп. Это Ларт Рентон. Мы ничего не будем делать.

— Причина?

— Месяц назад в «Сказке» он вступился за ушедшего вразнос. Отменил вызов ликвидаторов. На четком сбое и неподчинении прямому приказу, без вариантов. Видел. Знал. Сказал, что никакого сбоя не было, а был приоритетный приказ. Его.

— Приоритетного приказа не было?

— Приоритетного приказа не было.

Пауза была на долю нано-секунды длиннее, чем раньше.

— Стереть всю информацию за последние сутки?

— А ты этого еще не сделал?

— Теперь сделал.

— Вот и молодец. Конец связи.

Киборги стояли, не шелохнувшись. Внутри ресторана с жалобным звоном разбилось первое зеркало.

Дживс Вустер и Селд Рамштайн

— У этого маньяка, походу, везение до плюс пятисот прокачано.

Дживс промолчал, хотя и склонен был согласиться. Полицейскую рацию они оставили включенной на громкую связь — пока не покинули город, полезно знать, где и что творится. Хотя бы для того, чтобы случайно не вляпаться в плановый рейд или внеплановую пробку. Но пока служебный эфир заполняли только экспрессивные и красочные переговоры по поводу ресторанного террориста, которого какой-то зубоскал почти сразу окрестил «Неуловимым Джо».

Уже было известно, что действует он один — или же с помощником-пилотом, который в самих хулиганствах не засветился ни разу. Действовал террорист крайне нагло — охрану на входе каждый раз нейтрализовывал при помощи фальшивого полицейского жетона и/или сообщения о секретной операции, после чего без лишних слов бил морду одному из посетителей (жертву выбирал, похоже, рандомно, хотя некоторые закономерности и прослеживались — все пострадавшие были мужчинами от тридцати пяти до сорока пяти лет, все красномордые брюнеты массивного телосложения), наносил умеренные разрушения интерьеру и уходил ровно за минуту до прибытия полиции.

— Задержись он хоть где-то на минуту-другую… да что там, на полминуты — парни бы как раз успели! Даже обидно… Даже помочь хочется!

Селду было скучно лететь по правилам, и он комментировал ведущийся по рации диалог. Предусмотрительно отключив микрофон, разумеется. Все развлечение. Дживс молчал. Ну, во всяком случае — какое-то время. Довольно долгое, если на то пошло.

У него была возможность кое о чем подумать — пока бывшие байкеры мерялись друг с другом длиной и крепостью понтов. И потом, пока Селд аккуратно (ну, в применении этого понятия к селдовской системе вождения) выруливал на кольцевую. Даже удивительно, насколько же быстрее работают мозги, подстегнутые адреналином. Дживс уже успел пройти через стадии первичного осознания, ужаса, неприятия, паники, обреченности и вернуться к «а если снова подумать…». И сейчас, похоже, пришло время поделиться с другими своею догадкою, постепенно перерастающей в уверенность.

— Или же он просто знает полицейский протокол.

— Что? Откуда?!

— А ты до сих пор не понял? Это же Ларт.

Байк… не вильнул, нет — Селд был асом, у таких чувство единения с машиной зашито в рефлексах, они не дернут штурвал, даже если им грохнуть петардой в самое ухо. Ощущение было такое, словно байк слегка вздрогнул. Почти незаметно, самую чуть.

— О черт… он что, совсем свихнулся?!

Селд поверил сразу, просто пока еще не понял. Дживс ведь тоже догадался не с полтычка.

— Наоборот, он куда разумнее нас с тобой — он позаботился о прикрытии.

— Ты о чем?

— А ты что, этого тоже так и не понял? Он дает нам время. Устраивает шоу, путает карты, оттягивает на себя всех полицейских города. Пока за ним гоняются только свои — думаю, они уже поняли, кто это, но до начальства не довели, чтобы не объявлять желтый сектор. Просто пытаются по-тихому отловить дурящего по пьяни коллегу, пока он не натворил чего серьезнее разбитых носов и витрин. Но еще один-два таких вот выступления в чужих районах — и за него возьмутся всерьез. И тогда он сам им сдастся — но так, чтобы им казалось, что это они его поймали.

— Но зачем?

Над этим у Дживса тоже было время подумать.

— Это же Ларт, он голова! Сразу все просчитал, в первые же секунды, не то что мы. И про Маньячину, и про чип, и что у нас не будет иного выхода. Этот единственный, и он это понял куда раньше нас. Он же с хакером этим дружил, не то что я, я-то просто через него уже… наверняка знал, где тот сейчас. И про удаленку тоже знал, ну что не получится, это же Ларт! И про чип. Больше тебе скажу — он и про твое байкерство тоже все заранее просчитал, зуб даю! И понял, что может помочь только так, внимание отвлекая. Чтобы мы успели, понимаешь, да? Чтобы никакая полицейская зараза нам помешать не смогла, даже случайно.