И всё это время Алекс слышал смех.

Отрубленная голова короля заходилась в отвратительном хохоте, глядя на то, как её марионетки один за другим погибали, разделываемые клинком на части.

— Да! Да, дорогие мои… Рвите его! Кромсайте его! Давай же, маленький рыцарь, поиграй с моими игрушками. Посмотри, как они хотят повеселить меня…

«Подожди… Закончу с этим мусором, а затем помочусь тебе в прямо в твою тупую башку, мудила.»

Яростная мысль набатом стучала в голове, подстёгивая кипящую внутри ярость.

Мерзкий хохот и язвительные комментарии, что отпускала отрубленная голова местного короля настолько бесила Алекса, что он едва сдерживался, чтобы не наорать на неё в ответ.

Два коротких, но сильных удара и ещё две марионетки падают на пол. Одна с дырой в груди в том месте, где у пустынников находилось сердце. Другой валится на пол сразу двумя кусками. Туша отдельно. Голова отдельно. Алекс отбивается от наседавших на него монстров, используя ножны в левой руке для того, чтобы замедлять своих противников, а клинок в правой для того, чтобы сеять смерть вокруг себя.

Он уже окончательно уверился в том, что каждое из находившихся здесь существ было своего рода марионеткой. Послушной куклой, во власти главной твари.

Перед глазами у Алекса стояли картины и фрески, что он видел по пути сюда. Одна единственная и определённая, если быть точным.

Та, где была изображена сидящая на троне тварь, от которой расходились нефритовые нити к другим существам, что собрались прямо перед ним. Словно дьявольский кукольник, эта мразь управляла своими подданными, подобно сторожевым собакам, натравливая их на Алекса.

И всё же, он справлялся. Набросившиеся на него существа не были вооружены. Не носили доспехов. Даже какой либо магии не использовали. Да и ранг их не был особенно большим. Всё, что они могли противопоставить его навыкам мечника — наброситься всем вместе, словно безумная, голодная орда. И нельзя было бы сказать, что эта тактика не была эффективна. Когда схватка только началась, они стояли вокруг Алекса, окружая его со всех сторон. Это-то и делало ситуацию опасной. Что ещё хуже, марионетки не обращали внимания на ранения и боль. Они просто продолжали переть вперёд тупыми куклами, подчиняясь воле своего хозяина.

Вот только этого всё равно было мало для того, чтобы победить в этой схватке.

Уже через минуту, последний взмах меча поставил жирную точку в этой кровавой бойне. Алекс стоял, тяжело дыша и пытаясь не обращать внимания на горевшую болью левую ногу.

— А тебе всё смешно? — тяжело пробормотал он, глядя на лежащей у его ног голову. — Прямо охренеть, как весело, да?

— Ещё бы, человечек, — зубастая пасть растянулась в улыбке. — Только посмотри на это! Ты пришёл сюда и поубивал их всех! Разве это не забав…

Клинок одним движением вонзился в голову, пробив её на сквозь и обрывая на полуслове. В последний момент тварь перекосило и его лицо застыло в кривой усмешке.

— Ага. Прямо описаться от смеха можно, — Алекс поднял клинок так, что насаженная на него голова была на одном уровне с его лицом. — Ну, как? Теперь тоже весело, мудила? Давай. Пошути ещё разок, а?

Несмотря на язвительную просьбу, голова не ответила. Застывшие неподвижно глаза продолжали насмешливо смотреть на Алекса.

— Придурок.

Одним движением Алекс стряхнул голову с клинка обратно на пол и хорошим пинком отправил в темноту за троном.

Заваленный мёртвыми телами зал наконец погрузился в тишину.

Трупы убитых Алексом существ лежали на полу, истекая чёрной, маслянистой кровью. Некоторые из них ещё шевелились, повествуя о том, что не каждый удар был смертельным. Тем не менее, те из них, кто ещё был жив, более не представляли хоть какой-то опасности. Они более не были противниками. Лишь кусками медленно умирающего мяса. По-хорошему, теперь стоило бы выдрать ядро силы из трупа на троне, за которым и пришёл Алекс. Вот только, в тоже время, Алекса не покидало чувство ошибки. Даже не так. Это были сомнения.

Слишком уж просто всё вышло.

Да, Елена оказалась права. Это действительно были врата С — ранга и глупо было бы ожидать здесь что-то опаснее того, с чем Алекс уже столкнулся. Тем не менее, его всё равно продолжали одолевать сомнения. Почему контроль не рассеялся даже после того, как он отсёк голову этой мрази? И кстати, почему это тварь по прежнему продолжала жить без башки? Точнее, посему башка продолжала жить без остального тела?

Пронзённый догадкой, Алекс перехватил поудобнее клинок, ухватившись за рукоять обратным хватом и воткнул в грудь сидящего на троне трупа. Орудуя клинком, он расширил рану, достаточно для того, чтобы засунуть внутрь руку. Молодой охотник поморщился, когда его пальцы погрузились в плоть монстра.