Железный Глаз расслышал грусть одиночества в голосе полковника и кивнул. Тренировки по рукопашному бою стали для них обоих чем-то вроде ритуала в свободные часы.

— Как продвигается чтение? — спросил Ри.

— Медленно, — буркнул Железный Глаз. — Мне пришло в голову, что это похоже на обучение старого пса новым трюкам. Видно, я слишком много времени провел, гоняясь за лошадьми и трофеями сантос, вместо того, чтобы слушать стариков. Вероятно, мой мозг не создан для учености. Но… но я обещал Лите.

Ри поморщился и встал, протягивая руку романану и помогая ему подняться.

— Старые псы и новые трюки, — он помолчал, задумавшись и вытирая потную шею. — И похоже, что Нген тоже собирается преподать нам урок.

Железный Глаз снял защитный костюм.

— Тебя беспокоят эти бластеры?

Ри повел плечом.

— Конечно беспокоят. Любой уважающий себя командир испытывает тревогу по поводу того, чего он не понимает. Когда речь идет о военных действиях, я не люблю сюрпризов.

— А Братство?

— Братство, — фыркнул Ри, перебросив костюм через плечо. — Со временем многое начинает принимать неестественные размеры. Превращаться в легенду и все такое. Но вкратце история следующая. Шестьсот лет назад Братство — подобно вашим предкам — оказалось бельмом на глазу Советов. Как и всех остальных диссидентов, их депортировали. Советы отправили их на границу, посчитав, что там они смогут потратить свою энергию на борьбу с тавромедведями и враждебным климатом. Этим-то они занимались, но параллельно они организовали самый передовой в космосе подпольный университет.

— Как и подобает всем порядочным империям, Советы стали богатыми, разжирели и обленились, их армия перестала совершенствоваться, и они стали медленно загнивать в своей роскоши. На границе Братство разожгло революцию конфедератов. И на протяжении следующих трехсот лет Братство было в авангарде развития человечества. Они считали, что для того чтобы управлять, нужны не вооружения, а мозги. А уж этого у них хватало! Думающие корабли, представляешь, со своим собственным мозгом. Медицина достигла высот, которые нам и не снились. Они открыли новые области космоса, контролировали пиратство, самых лучших и умных обучали…

— И тем не менее, где они теперь? — подумал вслух Железный Глаз.

— Да, — Ри зашел под душ, подставляя свое тело под потоки воды. — Похоже, что они недооценили способность людей затаивать обиду. Как бы то ни было, когда обстановка накалилась под давлением Сириуса и Арпеджио, они просто ушли, чтобы не подвергать своих людей опасности и не провоцировать войну.

— И ты не знаешь, куда они отправились? — нахмурился Железный Глаз.

— Нет, известно только, что они покинули заселенный космос на-заре Директората. Они забрали все до последней голографии, погрузили все на свой флот и исчезли. Куда, никто не знает. Многие годы это оставалось большой загадкой. Затем — как всегда бывает — интерес со временем притупился, а Директорат скрыл эти сведения от всех, кроме немногих избранных.

— Но Нген что-то обнаружил, — напомнил Железный Глаз. Он напрягся под воздействием силовых полей, высушивавших его кожу. Он облокотился руками на перегородку. — Ты встревожен, Дэймен. Это в свою очередь тревожит меня. Во что я ввязываю своих людей? Не знаю, как это делается здесь, но на Мире, в походе, я бы сказался больным, убежал домой и стал бы ждать лучших времен.

Ри хлопнул ладонью по сушилке.

— Ага, жаль, что мы не можем этого сделать, — он обвел рукой вокруг. — Этот корабль уже на пределе. Конечно, мы все подлатали — но это все-таки заплаты, черт возьми. Нам нужен капитальный ремонт, после того что нам устроила «Победа». Нам нужно время, чтобы подготовить твоих людей и возместить потери личного состава. Мы ослаблены.

Железный Глаз почесал подбородок.

— Но у нас нет особого выбора, так ведь? Путь Паука ждет нас. Тот, кто не ступит на него, не обретет славы.

Ри натянул форму через голову, застегнув ремень на поясе.

— У воинов никогда не бывает особого выбора, правда? Я думаю, что мы… Черт! Я не знаю, в какую заваруху мы попадем, Джон. Жаль, что с нами нет пророка.

Железный Глаз оделся в свою новую форму Патруля — такую легкую по сравнению с кожей — и потрогал изображение Паука на ткани. Он перекинул косы через плечо и вытянул руки, расправляя тонкую ткань.

— Не надо переоценивать пророков. Если бы он с тобой был, то свел бы тебя с ума своими вопросами и уклончивыми ответами. Пророки не дают человеку спокойно спать. Нам, простым смертным, не стоит соваться в будущее. Там один ужас. Не стоит узнавать о своей судьбе — о трагедиях, которые тебя ждут.

Ри задумчиво нахмурился.

— Может быть ты и прав, но, Джон, помни, что там все может полететь к черту. На войне случается столько всего непредвиденного — вроде шального попадания в нас Майи в битве над Миром. Да чего я, ты же стреляная птица, все знаешь сам. Эта операция со слишком многими неизвестными. Необученные войска, неизвестные возможности сириан, неуверенное руководство, политические интриги. Да и Патруль может в последний момент выступить против нас. Ты, должно быть, думаешь о том, что будет, если Паук нас всех в конце концов надует.