— Кто он для тебя, Лейла?

Сама не понимаю почему, но вопрос странным образом напугал меня, хотя уверена, что Николас не использовал и грамма своей силы.

— Друг, — пискнула в ответ первое, что пришло в голову.

— Вы безнадежны, оба.

И, поманив рукой, указал на место, где я должна буду сесть. Погруженная в тишину комнаты, ожидала, пока в ней останутся только два участника дальнейшего представления.

***

Нахмурившись на его дурацкую выходку, замолчала, повернув голову в сторону. Вновь ставшее уже родным чувство тревоги и уязвленности накатывали волнами, грозясь затопить отвоеванный мной островок безразличия.

— Может, поговорим или так и будешь дуться? — дождавшись, когда обращу на него внимание, вопросительно изогнул бровь. — Я начну с небольшого вступления, о котором лучше не рассказывать никому. По правде говоря, об услышанном сейчас должна знать только ты.

«Как я переживу эту потрясающую новость, как общая с тобой тайна?» — хмыкнула я, стараясь думать погромче.

— Для того чтобы соблюдались законы нашего мира, в далеком прошлом был создан совет древних. Также существуют помощники, решающие мелкие правонарушения и выполняющие разного рода задания. С не очень давних пор я один из них, — Николас замолчал, давая мне возможность переварить услышанное. — Они узнали, кем ты являешься, — резко закончив вступление, высказался он.

— Маленькой запуганной девочкой? — не удержалась я.

— Избранницей судьбы. Той, кто побывала в прошлом и вернулась в будущее. Они уверены, что ты захочешь стать одной из нас, и… хотят отсрочить этот момент.

Не поверив, правильно ли поняла информацию, заерзала. И отползла к противоположному краю кровати подальше от собеседника, нервно засмеявшись.

— Мне никто не предлагал стать вампиром, или ты собираешься это сделать?

— Не стоит храбриться, я слышу, как ускорилось твое сердце, — он усмехнулся, откинув волосы с лица. — Никто из тебе подобных не оказывался так близко к нашему миру, а вероятность высказанного мной исхода слишком велика. Да не волнуйся ты так, никто не хочет тебя убивать или запирать в подвале, — протянув руку, он поманил меня вернуться на покинутое место. — Я всего лишь покажу.

— Покажешь? Что именно?

— Правду, которую скрывают ото всех. Саму суть перехода от одной жизни к другой. У тебя первой появится выбор, осознанный выбор, ведь ты будешь знать обе стороны медали.

Вытащив откуда-то маленький ножик, он провел лезвием по подушечке пальца, оставляя полоску с тут же показавшейся алой каплей.

— Что ты делаешь? — в панике рванула назад и, не рассчитав, потеряла равновесие, рухнув с кровати.

Николас только улыбнулся, качая головой. Слушать и разговаривать с ним расхотелось. И почему я приняла мысль остаться с ним наедине за разумную? Невооруженным взглядом видно, что за такой длинный промежуток времени у него слегка съехала крыша.

Добравшись до окна, уперлась в холодную батарею, не зная, как быть дальше. Николас раздраженно похлопал по мягкой кровати.

— Значит, не хочешь по-хорошему? — сняв пиджак, небрежно бросил его на пол.

За это время я совсем как ребенок залезла под стол, спрятавшись, прекрасно осознавая бесполезность своих действий.

В воздухе разлилось приятное тепло, коснувшееся кожи мягкой упругой зефиркой. Подобрав под себя ноги, попыталась отстраниться, закрывшись от неправильных ощущений. Смыкающиеся в голове двери против моей воли начали открываться, заставляя меня впускать этот дурманящий воздух.

«Это мне кажется», — повторяла я, пытаясь бороться.

— Подойди, — сильный голос потянул на себя, точно аркан. Тело, подчиняясь, выползло из нелепого укрытия, а вот в глазах все еще проглядывала собственная воля.

Открыла рот возразить и увидела, как он просто качнул головой и слова застряли в горле сухим комком. Он довольно улыбнулся.

— Сиди и не шевелись, — я застыла каменной глыбой, от сухости начали слезиться глаза, — моргать можешь, — блаженно закрыла глаза, избегая смотреть, что он собирается предпринять дальше. — Открой рот.

Не знаю для чего это ему, однако этот поворот не предвещал ничего хорошего, а главное, помощи ждать точно неоткуда. Одна надежда на себя. Сконцентрировалась на задуманном, с трудом подняв налившиеся свинцом руки, соединив пальцы в замок, закрыла ими рот. От сильного напряжения на лбу выступила испарина.

— Не думал, что ты сумеешь проделать такое, — с воодушевлением потерев ладони, придвинулся ближе сам. — Ну хорошо, поясню, раз настолько пугает неизвестность. С помощью крови я покажу тебе свои воспоминания.

Если он рассчитывал, что мне полегчает, то не вышло. Кроме того, от перенапряжения руки начала сводить судорога, отчего разжать их никак не получалось. Мое лицо безэмоциональной маской смотрело на Ника, ничем не выдавая просьбу прекратить это мучение.

Вновь надрез, и сочившаяся кровь начала скользить по его пальцу. Второй рукой он легко отвел мои вниз, и я, открыв рот, словно в удивлении, не могла противиться задуманному им.

Неожиданно он хитро прищурился и, лукаво подмигнув, выдал то, отчего я захотела придушить этого нахала.