Ставлю галочку напротив каждого повторенного пункта.

Новый город.

Новый универ.

Общага.

Леся вместо Сони.

Работа в похожем спортклубе.

Сейчас я как раз возвращаюсь после смены, удачно сбежав от назойливого Семена и его предложения подвести.

А еще…

Последний пункт добавился только вчера, и он очень сильно портит всю стройность картины.

Люди Матвея в городе.

Они где-то рядом. Может быть даже сейчас за мной наблюдает кто-то из них.

Впрочем, по здравому размышлению я решаю, что случай у клуба вполне мог оказаться простым совпадением.

Почему нет?

Они тут проездом совсем по другим делам. Случайно увидели нас с Лесей, решили помочь.

Рука вдруг тянется к телефону, и я набираю Соню.

Пока иду от остановки до дверей общежития, успею с ней поболтать.

— Полин, как я рада, — восклицает подруга и мои губы непроизвольно растягиваются в улыбке.

— Сонь, и я рада. Очень соскучилась по тебе.

— Я тоже, Полин. Целый месяц не виделись. Так соскучилась, что даже хочу приехать. Возможно даже в эти выходные. Хотя… скоро ведь день рождения твоей мамы, возможно, что ты и сама… или нет?

Я вздыхаю.

Мне стыдно, но за всеми своими переживаниями я совершенно забываю обо всех важных датах. Точнее я помню день и месяц каждой из них, но это словно отдельные фрагменты информации в моем мозгу, без привязки к понятиям скоро-нескоро.

Между тем подруга права.

Мамин День рождения — это событие, которое я никак не должна пропустить, что бы не происходило в моей личной жизни.

— Возможно, что и приеду, — произношу осторожно, а если ты приедешь ко мне, буду очень рада. Познакомлю тебя с Лесей. Уверена, вы друг другу понравитесь. Покажу город.

— А у вас там есть, что показать?

— Ну знаешь. Конечно есть. Между прочим, здесь полно памятников архитектуры и даже есть несколько музеев.

Соня фыркает в трубку и минут пять мы обсуждаем эту нейтральную, не самую интересную, но зато безопасную тему.

До входа остается с десяток метров, пора закругляться, а я так и не решаюсь завести разговор о том, что волнует больше всего.

Останавливаюсь у металлической конструкции, которую обозреваю всякий раз, когда мне приходит охота выглянуть в окно, подпихиваю носком кроссовка мелкий камешек.

— Ну, а у нас тут все по-старому, — говорит подруга, — мы учимся, пятый курс ушел на диплом. Ну, знаешь, теперь им не нужно ходить на лекции, только на консультации с преподавателем, то есть дипломным руководителем, а это совсем редко. Раз-два в неделю. Самые прилежные так и делают, но, по-моему, основная масса вообще забыла, что такое учеба. По крайней мере Никита сказал, все свалили на отдых. Мы тоже хотели, но сейчас у нашей с тобой группы серия важных семинаров.

— Ясно, да.

— Матвея тоже не видно.

Соня произносит робко и неуверенно.

— Я спрашивала у Никиты, — продолжает она после паузы, видимо, ободренная моим молчанием, — и он сказал, Матвей тоже уехал.

Я замираю, едва дышу.

— Куда?

Вопрос срывается с губ прежде, чем успеваю проконтролировать.

— Не сказал. Я уж как могла вытягивала. Говорит, откуда я знаю, я ему не нянька. Я уверена, что он знает. Мы даже чуть не поругались из-за этого. Хотела узнать для тебя. Если это еще имеет какое-то значение.

— Не стоит ругаться со своим парнем из-за меня, Сонь. И… не имеет.

— Хорошо.

— Да. Мне все равно.

Соня не слишком верит моим словам, но не настаивает и не давит. Этим она нравится мне еще больше.

— Ладно, Сонь, пойду, а то поздно уже.

— Да, конечно, Поль, созвонимся.

— Да.

Сбрасываю вызов, убираю телефон и бреду к подъезду. На ходу достаю пропуск, прохожу через турникеты и поднимаюсь по ступеням на свой этаж, стараясь не обращать внимание на облезлые стены и общее запустение здания. Тут даже тараканы есть, а на этаже очень часто пахнет гарью, потому что у кого-нибудь всегда что-нибудь пригорает.

Но меня не смутить всеми этими мелкими неудобствами.

Главное, что мне… немного легче.

Должно быть легче, мысленно поправляю себя.

Сейчас, спустя время, понимаю, что несмотря на физическое расстояние почти в двести километров, что разделяет нас с Матвеем, а может и большее, если он тоже на отдыхе, мое душевное состояние топчется на одном месте.

Да еще этот Семен.

— Как дела? — спрашивает Леся на следующий вечер.

Она входит в комнату, скидывает обувь и прямо в уличной одежде плюхается на кровать.