Шрифт:
— Тебе и не положено. Я тебя лично инструктирую, как своего негласного агента.
Он опять наклоняет меня к себе, силой, потому что я упираюсь и не хочу терять контакт глаз. Хотя, что я нового увижу, кроме того, что он — гад? Властный и бессовестный?
— А в инструкциях есть что-нибудь про то, что я обязана заниматься с вами сексом?
— Нет.
Он неожиданно мягко прижимается к недавно укушенному им же месту губами. И у меня подкашиваются ноги! Несмотря на тупость и дикость ситуации, организм мой дурацкий его хочет! И послушно начинает возбуждаться! Или даже не прекращал это дело?
— Нет, — подпол отстраняется только для того, чтоб завершить фразу, — это тебе бонус такой. Приятный. За хорошую работу.
И тут же опять прижимает меня и кусает! Все туда же! В мою многострадальную шею!
Я, не в силах вырваться, тихо шиплю от боли и разливающегося по телу безумия.
Черт! Почему я такая слабовольная? Почему я не могу отбиться от него?
Дура, господи, дура… Ой…
Вик, не прекращая меня тискать, поднимается, отшвыривая ногой стул, подхватывает меня на руки и несет на второй… Ну понятно, к себе в комнату.
Он не останавливается, целуя меня, кусая, заводя еще больше и больше.
И я поддаюсь. Просто и глупо. Опять. Единственное, краем сознания мелькает, что я на работе, и что грымза…
Я смотрю на дверь в кухню, но Вик шепчет, чуть приостанавливая свое разрушительное действие на мой и без того ослабленный его напором организм:
— Я отпустил сегодня тетю Валю. А Светку в универ отправил.
После этого мне ничего не остается, кроме как обреченно закрыть глаза.
И повернуть голову так, чтоб ему было удобней целовать меня за ухом.
27. Рабочие бонусы
— На вопрос не получил ответа, — Вик опрокинул Снегурку на спину на кровати, навис сверху, уперев кулаки по обе стороны от лица, — почему не отвечала на звонки?
— Яааа…
Снегурка сглотнула, и Вик поймал себя на том, что завороженно отслеживает движение ее горла.
Наваждение какое-то…
В какой момент это произошло с ним?
Непонятно.
Утром Вик как раз на эту тему и думал, пока сидел в гостиной за завтраком.
Понятное дело, то, что Снегурка никуда не ушла из дома, а спокойно спала у себя в комнате, он понял практически сразу.
Ночью, вернувшись с работы, как раз после опросов (не путать с допросами, на это никаких оснований, вообще-то) Курагиных Людмилы и Максима, изо всех сил пытавшихся произвести впечатление случайных персонажей во всей этой истории, Вик первым делом пошел к Снегурке.
Почему он был уверен, что она ждет его, непонятно. Но вот уверенность же железобетонная имелась!
Замешанная на интуиции.
Потому что видел, понял еще по их совместно проведенной ночи и половине дня, что Сашка к нему очень неровно дышит.
По взглядам ее, вроде бы случайным. По прикосновениям осторожным. Да и во время секса она совсем другой была. Жадной и открытой.
Вик был далеко не «юношей бледным со взором горящим» и умел распознавать заинтересованность женщины в себе.
Снегурка была очень заинтересована.
И должна была ждать.
Должна.
Но не ждала.
Поцеловав закрытую дверь, Вик разозлился и начал названивать.
Безуспешно. Сначала длинные гудки, потом вообще вне зоны доступа.
Интересно…
Поднялся к себе, глянул запись камер.
И все встало на свои места.
Девичник — сабантуйчик. Две бабы, обсуждающие тряпки и мужиков. Стихийное бедствие.
Полюбовался на рыжую и светлую макушки, самозабвенно склоненных над экраном ноута. Запись разговоров тоже велась, но включать не стал.
Не настолько параноик.
Проследил, как Сашка зашла к себе, разделась и уснула.
И сейчас спокойненько спала в своей кровати. Даже не думая его ждать. И переживать из-за него!
И это неожиданно выбесило.
Хотя, казалось бы, какое ему дело до девчонки?
Вот решит вопрос с угрозой отцу, и распрощается со Снегуркой…
Даст денег, может, квартиру купит… Или снимет. На первое время обеспечит, чтоб подушка безопасности была.
А дальше Сашка сама уже.
Она девчонка хваткая. Не пропадет.