Жница дома Мэй показалась не сразу, и не в том месте, где мы ожидали. Двигалась она настороженно, с подозрением оглядывая бойцов Караева. Но присутствие Харула её, кажется, немного успокоило.

– Рада, что ты жив, Полудемон.

– Взаимно, – с явным сарказмом ответил Харул.

Я вкратце пересказал им план Караева, и оба одобрительно закивали.

– Коконов на нижних этажах башни не осталось – все, что были, вскрылись. Так что на какое-то время это место безопасно, – сказала Хестия.

– Правда, меня беспокоит сама грибница, – проворчал Харул, кивая на подрагивающие щупальца. – Она как-то слишком активна. Тебе удалось найти цисту, Ян?

– Да. И я попробовал выжечь её Испепелителем. Не знаю, правда, насколько удалось. Пришлось срочно драпать.

– Будем надеяться, что ты нанёс ей достаточный урон.

Все уже потянулись к входу в здание, но я немного задержался.

– Подождите немного, я сейчас. Надо собрать амальгаму.

Золотые доспехи воительницы были залиты кровью, а местами топорщились рваными краями, будто крышки неаккуратно вскрытой консервной банки. Если бы у демона было хотя бы на несколько секунд больше – думаю, он бы попросту разорвал её на куски. Впрочем, и без этого смотрелось жутковато. Золотая маска на шлеме треснула ровно посередине, приоткрывая лицо, правая его часть была смята.

Но, к моему удивлению, линзы не подсветили шарик амальгамы в центре груди. Склонившись над телом Жницы, я на пару мгновений нырнул в серый мир – оттуда разглядеть живой металл было проще.

Так и есть. Сгустки амальгамы распределены по всему телу, соединяются между собой тонкими мостиками, местами выходят на поверхность – видимо, там, где заполняют собой обширные раны.

– Да она ещё жива!

Я просунул пальцы в створки забрала, пытаясь раздвинуть их. В итоге тонкая золоченая пластинка справа попросту отломилась, обнажая лицо и верхнюю часть шеи. Я нащупал пальцами яремную вену и не сразу, но почувствовал слабый пульс.

– Что ты возишься? Добей эту суку и пойдем, – сказала Хестия, наблюдая за моими манипуляциями. – Ты взгляни на раны. Она всё равно уже не жилец.

Харул тоже заинтересовался телом. Подошёл с другой стороны, присел, осматривая золоченые доспехи.

– Женщина Жнец? – пробормотал он. – Большая редкость. Неужели это сама Регина Ортос?

– Это она, – кивнул я.

– Откуда ты знаешь?

– Она сама сказала. И сказала, что вернулась сюда за Светом зари, – я показал наруч с клинком. – Мы уже сталкивались раньше, в самом начале Жатвы. У неё я и забрал клинок.

Харул рассмеялся в своей обычной отрывистой, каркающей манере.

– Попалась дважды в один и тот же капкан…

– Ну и дура! – презрительно фыркнула Хестия. – Но что вы с ней возитесь? Духу не хватает перерезать ей глотку? Так я помогу.

Она легким движением извлекла из ножен на левой стороне груди короткий чуть изогнутый клинок, похожий на нож для свежевания дичи.

– Постой! – качнул головой Харул. – Возможно, живой она будет нам куда полезнее. Это ведь дочка самого Данакта. За неё можно выручить хороший выкуп.

– Какой выкуп, Полудемон? Она не дотянет до конца турнира!

– Не факт. Амальгама творит чудеса. Так что, если девчонка не умерла сразу – может, еще и выкарабкается. Впрочем…

Харул взглянул на меня.

– Решать тебе, Ян. Ни я, ни Хестия всё равно не можем владеть амальгамой. А ты можешь получить ещё один куш прямо сейчас. Либо получить ценного заложника.

Я выпрямился, с сомнением осматривая израненную Жницу. Повстанцы тоже подтянулись ближе, вопросительно поглядывая на меня. Наконец, я подозвал их.

– Ребят, помогите мне её поднять. Только осторожно…

В лагерь мы вернулись только во второй половине дня, и в расширенном составе. Большая часть выживших, скрывавшихся на шестом этаже «Империала», предпочли там и остаться. Но несколько человек вызвались пойти с нами, в том числе Иван – тот самый охранник, что подстрелил меня во время разведки здания. В общей сложности нас набралось человек пятнадцать.

На фуд-корте мы набрали столько провизии, сколько смогли унести. В дороге отряд напоминал караван навьюченных животных – у всех за спиной объемистые сумки, рюкзаки, у некоторых двадцатилитровые бутыли с водой, к которым примотали импровизированные лямки из полос ткани или обрезков веревок. Меньше всех были нагружены бойцы, шедшие впереди и сзади и прикрывающие наш отход. Им передали остатки боеприпасов. С патронами было грустно – по сути, на весь отряд у нас осталось пара пистолетных магазинов и один неполный автоматный. Остальные бойцы вооружились трофейными арранскими клинками, а то и просто дубинками и арматурой.

Увы, оружие по пути пригождалось, и не раз. Вопреки нашим ожиданиям, моя атака на цисту не замедлила рост грибницы. Кажется, даже наоборот – её побеги стали активнее, и даже солнечный свет им не особо мешал. Вторую половину пути нам приходилось буквально продираться сквозь щупальца, которыми заросли подходы к жилому комплексу, и то и дело отбиваться от наскакивающих из засад гулей. К счастью, это были в основном небольшие группки по три-четыре особи. Некоторые из них и вовсе пускались в бегство, опасаясь связываться с большим отрядом.