Множество людей, которым как я понимаю, еще повезло, лежат и скулят от боли. А те, кто нападал на Тамерлана лежат вовсе без дыхания и движения. Жив только один. Он ноет и держится за руку с поломанными пальцами.

«О, Боже. Меня сейчас стошнит», — думаю я, и решаю свалиться в обморок.

Глаза сами собой закрываются, а сознание тонет в спасительной тьме, где нет опасности и смерти. Где Тамерлан везет меня на своем жеребце в направлении счастья и любви.

— Не хватало мне проблем, — гремит над головой знакомый голос, буквально силком вырывая меня из глубин сознания.

Мне ничего не остается, как открыть глаза.

Мы уже на улице, и мужчина поддерживает меня за плечи, облокотив на вонючую, зассанную стену.

Я уже и забыла в каком районе нахожусь.

— Что произошло? — хриплю, чувствуя во всем теле слабость.

— Одного из твоих дружков пришили, — отвечает спокойно, убирает от меня руки и тыкает пальцами в смартфон. Я пошатываюсь и почти падаю, но успеваю ухватиться за что-то, кажется это его рука, увитая сеткой вен. Еще десять минут назад я бы восхитилась, но сейчас мне просто хочется домой. — Твой отец знает с какими отморозками ты общаешься?

Нет. Конечно нет. И надеюсь, что никогда не узнает, ни о них, ни об этой ночи.

Но его верный друг может все рассказать. Тогда мне можно забыть о хорошем отношении. И поступлении туда, куда выберу я.

Отец никогда меня не лупил, но сейчас я подумала именно об этом наказании.

— Не говори ему, — вцепляюсь за его мятую, грязную рубашку, заглядываю в черноту безразличных глаз. — Я сделаю все…

— Все? — ядовитая усмешка касается его чувственных губ лишь на секунду. — Я, кажется, говорил тебе, что дети меня не интересуют.

Отталкивает. Тем самым делая невыносимо больно.

Почему он отказывается от меня? Ведь то, что произошло в туалете… Он же хотел.

— Но…

— Это за тобой, — указывает он на подъехавшую машину с отметкой «Такси». Но я стою на месте, не в силах оторвать от него взгляд. Но этот Тамерлан не тот, о котором я мечтала. Этот Тамерлан утешать не станет. И я принимаю это. И то, как он хватает меня за плечо и волочит к машине. — Давай, топай.

Спустя секунду он буквально запихивает меня на заднее сидение, после чего переговаривается с таксистом на незнакомом мне языке, даёт ему деньги и не сказав мне ни слова, просто хлопает дверью.

А потом разворачивается и идет обратно в сторону клуба.

Мысли пчелиным роем проносятся в сознании, затуманенном безумными событиями этой ночи.

Жужжат, кусают нервные окончания, вынуждают задыхаться и думать.

Думать, пока водитель вжимает педаль своей иномарки в пол.

Думать, пока мы выезжаем на автомагистраль и въезжаем в плотное движение машин. Таких же разных, как эмоции внутри меня.

Смешалось все: страх, отчаянье, похоть, влюбленность, негодование, гнев, обида. И все это вылилось в тупую боль в груди. Она никак не проходит. Давит.

Множится, ядом растекаясь по всему телу. Не дает сделать глубокий вдох.

События, произошедшие в клубе, обрывками кадров, мелькают у меня в голове.

Выстрелы, кровь, запах горелой плоти, женские крики, стоны боли.

Те люди лежали так неподвижно. Убиты? Или без сознания?

Надеюсь на второе. Хоть они и напали первыми, но мне их жаль. Сама не понимаю, откуда это желание им помочь. Умом понимаю, что не могу этого сделать. Но если о чужаках я ничего не знаю, то одно понимаю точно.

Гену убили… Немыслимо.

Получается, пришли именно за ним. Ленка оказалась права, и долг следовало выплатить тем, кто занял место того самого «Железного».

Страшно представить, чтобы случилось, не откажись там моего солдата!

Вспоминаю, что Тамерлана ранили. В плечо! Я видела.

Возможно, это была лишь царапина, но растекающееся красное пятно на белой рубашке выглядело пугающе.

Почему же он не поехал со мной?! Не вернулся домой? Не отправился в больницу, черт возьми?! Хотя он выглядел полным сил и энергии, но ему нужно оказать хотя бы первую помощь.

Сделать хоть что-то, чтобы он не страдал…

Ведь я готова быть ему опорой во всем!

О, как бы я хотела, чтобы он был моим. Но он просто оставил меня одну.

В таком вот отвратительном состоянии отправил домой. В состоянии, когда одной справиться крайне тяжело.

Непонятный мужчина. Загадка. И мне только предстоит подобрать ключ к его черствому сердцу.

Почему же он отталкивает меня?! Ведь я знаю, что хочет… Я видела, каким большим может быть его желание.

Не понимаю… Как же хочется залезть в его голову.