И я сделаю всё, чтобы ему никто не навредил.

— Всё зависит от моего малыша.

Соня опускает взгляд, её ресницы едва дрожат. Вверх и вниз, как крылья бабочек. Красивая же, зараза, не получается абстрагироваться. Не думать о том, как её пухлые губы складываются в «о», как краснеют ещё щеки, стоит прижать к себе.

Эта девчонка как яд, просто так не избавиться. Не думал, что пару недель в больнице обернуться такими последствиями. Хочется встряхнуть её за плечи, а после толкнуть к спальне.

В горизонтальной плоскости решать многие проблемы.

— Если у ребенка будет положительная группа, то будет сложно. Отрицательная — никакого конфликта, никаких проблем. Поэтому мне нужно ездить к моему врачу. Понимаешь? Она видит всю динамику, знает показатели. Если что-то не так, то именно она быстрее всего заметит. К тому же…

— Что?

Соня молчит минут, поджав губы. Её взгляд мечется, сглатывает и смотрит за мою спину. Тонкие длинные пальцы обхватывают кружку с чаем. А я как псих ловлю каждое движение. Жду, что будет дальше.

— Я буду обследоваться у Елизаветы до конца.

— Нет.

— Это не был вопрос, Ян. Это ультиматум. Иначе я не позволю меня обследовать, брать кровь, проводить УЗИ.

— Думаешь, тебя кто-то спросит?

— Свяжешь меня, силой уложишь на кушетку? Думаешь это пойдёт на пользу ребенку? — усмехается, смотрит уверенно. — Ты ведь сказал, что заботишься о малыше. Так что да, Волков, это ультиматум. Я прохожу все обследования, а ты уважаешь мой выбор врача.

Ловит меня в ловушку, потому что заставлять Соню, это риск навредить ей и ребенку. Риск, что что-то пойдёт не так, тем более, если беременность и так будет тяжелой.

Соня видит слабость и давит на неё.

Авдеева дочь.

— Интересно, что ты за мать тогда будешь. Если готова рисковать здоровьем?

— Интересно, что ты за отец, если не готов на уступки ради ребенка? — зеркалит мою фразу, вздыхая. Нет, девчонка не так много взяла от Влада, её маска трещит по швам. — Ян, я не буду проходить обследование у других врачей. Это… Я ведь не прошу о чём-то сверхъестественном. Просто врач, с которым я чувствую себя в безопасности. Знаешь, есть примета? Беременным нельзя отказывать.

Знаю. Жена часто ею пользовалась, выпрашивая себе варенье с солеными огурцами и миллион первый костюмчик для ребенка. Я даже не знаю, куда дел все вещи.

Не помню.

Забрала Ада, моя заклятая подруга с детдома, которая тоже ждала ребенка? Нет, точно нет. У неё своего добра хватало. Сжег? Просто бросил при переезде?

В памяти пусто, словно полили отбеливателем. Помню, что покупали. Помню, как складывал всё огромными стопками. Маленькие пинетки, слюнявчики и пустышки.

А куда всё делось?

— В любом случае, — голос меня подводит, во рту сухо. Опрокидываю остатки кофе, собираясь. — Об этом будем говорить, когда тест подтвердит отцовство. Ты ведь уверена, что это не так. Зачем тогда раньше времени спорить?

— Да, точно.

Маленькая врушка. Из раза в раз забывает о том, что соврала и как поступала. Ну ладно, сейчас Соне можно многое, почти всё. Пока она носит моего ребенка, она — приоритет.

Я бы с радостью отправил Соню подальше от всех разборок. Куда-то в лес или горы, где свежий воздух и спокойно. С Авдеевым мы бы здесь разбирались, а она в безопасности.

Но я не уверен, кому могу доверять. Конечно, Царь выделил своих людей. Цербер, который держал большую часть криминала под контролем. Старые знакомые, с которыми когда-то вёл дела…

Все поддержали меня в мести, дали ресурсы и людей. Но я всё равно ни в чём не был уверен. У меня не было проверенных годами людей, которые жизнью рисковали ради меня.

А раз таких нет, то Соню нужно держать ближе к себе.

Чтобы с золотком ничего не случилось.

— Тогда поехали? — девушка поднимается, опуская тарелку в раковину. — Я хочу быстрее со всем этим закончить.

— Да, одевайся теплее, сегодня холодно.

Пока девушка закрывается в спальне, я ищу на полках старый блокнот. Сто лет им не пользовался, всё в телефоне. Изредка записывал что-то во время переговоров.

А вот Соне он может пригодится.

— Держи, — протягиваю, автоматом отмечая, что не стала нарываться. Тёплый свитер с горлом, плотные джинсы. — Запишешь, что тебе нужно. По предпочтениям в еде тоже. Ко мне дважды в неделю приходит домработница, она готовит с запасом.

— Отлично. Потому что я не нанималась готовить для тебя.