– Хочу предложить тебе работу.

– Работу?

Он кивнул, опираясь на трость. Видимо, стоять долго в одной позе ему все же было некомфортно. И я бы предложила сходить в соседнее кафе, например, посидеть там, поболтать, как Кирилл того хотел, но то, что он сейчас предлагал, вызывало во мне лишь бескрайнее удивление.

– Да, предлагаю работать на меня.

– И что это за работа такая?

– Водить автомобиль, возить меня по делам.

– А вы? – Я, конечно, понимала, что с больной ногой ему было наверняка сложно водить, но ведь ради такой работы нанимают обычно профессиональных водителей или на крайний случай заказывают такси.

– А я – вот, – он словно хотел опустить какую-то деталь, указав на трость.

Я нахмурилась, улавливая, как изменился его голос, но бить вопросами в лицо пока не планировала. Да и устраиваться к нему на работу я не хотела.

– Нет.

– Что?

– Я говорю, что нет. Я не буду на вас работать. – Развела руками, отмечая, как удивленно вытянулось лицо Кирилла.

– Но я даже не договорил.

– А меня не интересует ваше чертовски странное предложение.

– И почему?

– Да потому что кто такое предлагает?!

– Я!

Скривилась, удержавшись от хохота. Кажется, он был отнюдь серьезен и явно не подозревал, что я могу отказать. Видимо, ему вообще никто не оказывал, и я даже не удивлюсь, если в его кармане найдется салфетка с номером от той девицы-воздыхательницы.

– Неубедительно, – пожала плечами. – Я, пожалуй, пойду.

– Нет, Со-ня, погоди-ка. Мы еще не договорили.

– Да тут говорить не о чем, – упрямо заявила, заглядывая в те самые пугающе голубые глаза. Вот только они не пугали теперь, а казались совсем другими. Дерзкими, искрящимися, словно Кирилла забавляла ситуация, но он старался не показывать истинных чувств, продолжая напирать. Да и я не из робкого десятка, могу дать отпор. Так и глядели друг на друга, пока он не заговорил:

– Давай начистоту, я предлагаю не просто работу, а возможность хорошо заработать. При этом бросить это кафе, где тебе не нравится работать, не мотаться по городу по ночам, развозя пьяных и, возможно, порой слишком наглых клиентов. Ведь и такое бывает, Со-ня?

Я сглотнула комок, теряя возможность надменно улыбаться. Он словно читал меня. Будто все знал. Хотя… Может быть, и узнал, раз нашел мою вторую подработку. Мурашки энергично промаршировали по позвонкам.

Кирилл уловил изменение моего настроения, и на его губах заиграла иная улыбка. Победитель! Он уже решил, что выиграл этот бой. Нет уж! Не ему решать, где и как мне зарабатывать.

– Это не аргументы, – протянула я, натягивая улыбку.

Он изогнул бровь, я повторила. Так и глядели, пока Кирилл не произнес то, что меня обескуражило и заставило задуматься, ощутив себя проигравшей стороной. Он словно знал, куда бить.

– У меня три машины. Очень дорогие машины. А вот такая сумма будет поступать тебе на счет каждую неделю, – и, достав из кармана телефон, показал цифры. Видимо, чтобы я поверила глазам, а не ушам, которые могли подвести.

Что же, глазам я верила. И верила фотографиям, которые показывал Кирилл, рассказывая про каждую машину. Кажется, у меня собралась слюна во рту, которая чуть не капнула на блузку, пока я рассматривала настоящие произведения искусства. Автомобили из «такси для богатых пьяниц» вообще не конкурировали с личным автопарком Кирилла.

– Так что, Со-ня, готова принять мое предложение?

Я моргнула, прогоняя наваждение.

– Предложение?

Кирилл кивнул.

– Быть водителем?

Он вновь кивнул.

– За ту сумму?

За деньги, которых мне хватит с головой, чтобы жить припеваючи и накопить на мечту!

– Да, я свое слово держу, Рыжая Соня.

– Есть условие.

Кирилл напряженно уставился на меня.

– Никаких «Рыжих Сонь».

– Ой, ты уже дома, – послышался голос Лиды, когда она, кряхтя и шурша пакетами, вломилась на кухню. Я даже не обернулась, продолжая глядеть в окно. – Я еще ужин не приготовила. Представляешь, оказывается, мы съели практически всё! Ни масла, ни молока, ни лука. Вообще ничего не осталось, кроме морковки. Но и она сдохла! Скукожилась от одинокой жизни на полке.

Мои губы едва тронула улыбка.

– Впрочем, ты, Сонь, тоже скукожишься, если будешь только работать.

Сглотнув, я обернулась и взглянула на подругу. Да, видимо, так взглянула, что она перестала щебетать и шуршать пакетами, замерев.

– Что случилось? У тебя такой вид, будто ты кого-то переехала.

Я нахмурилась, но, покачав головой, все-таки позволила воздуху покинуть легкие.

– Кажется, я совершила ужасно-глупую ошибку.

Лидка плюхнулась на стол и уставилась на меня, ожидая продолжения. А я говорить боялась, не знала, как ей признаться, что купилась на дорогие тачки и на кругленькую сумму. Впрочем, моя маленькая алчная душонка все уже решила, хотя мозгами я пока сопротивлялась.

– Эй, Сонь, рассказывай. Ты же лопнешь сейчас.