Денис, который все это время ждал каких-нибудь проблем (даже скорее, подлянок) от Сага, типа «случайной» встречи в коридоре с Каяхара Юджином или то, что комнату предоставят такую, что в сарае будет комфортнее, испытывал чувство, будто он что-то упускает. Они с Райви совершенно спокойно дошли за слугой до нужной двери. Юфан открыл дверь и замер рядом с ней в поклоне.

За дверью оказался короткий коридор и там, у следующих дверей стояла уже служанка. В серой с белым юкате. Женщина поклонилась гостям.

— Комиссар Сага просит прощения, — заговорила служанка. — Если возможно, не могли бы вы немного подождать, Кусаби-сама? Господин Каяхара задерживается.

Райви тут же бросила еще один контрольный взгляд назад. Дверь в коридор оставалась открытой. Юфан и эта женщина, очевидно, прекрасно понимали, что произойдет, если вооруженные люди внезапно окажутся запертыми в этом аппендиксе.

Денис ничего не ответил, сохраняя на лице бесстрастную маску. И Райви ни слова не проронила. Повисла напряженная тишина.

— Прошу вас, Кусаби-сама, — заговорила женщина спустя пару минут.

И распахнула дверь. Денис, опять же молча, прошел в комнату, Райви за ним. И в это же мгновение из двери напротив вышли трое. Впереди шел худой и высокий старик, с седыми длинными волосами, стянутыми в хвост почти на макушке. Он был в фиолетовом кимоно, в широких штанах-хакама. Сверху было накинуто хаори такого же цвета и с камонами клана Каяхара спереди на плечах. За ним шли двое мужчин средних лет, со стылыми цепкими взглядами.

Сага Ичиро ждал их, сидя в сейдза у квадратного стола. Стол был со стороной метра четыре. Со сторон стола, которые были обращены к дверями, лежали специальные тонкие подушки для сидения. Комиссар Сага был, как и Каяхара Юджин, облачен в классический традиционный костюм. Темно-серое кимоно и штаны, немного более светлое хаори, с камонами клана на плечах.

— Приветствую вас, Каяхара-сан, Кусаби-сан, — произнес Сага Ичиро.

Он, разумеется, не поклонился. А вот Денис и Каяхара слегка наклонили головы.

— От лица Етанарумасута, Императора Тэндзи, — торжественным тоном продолжил Сага. — Я призвал вас, чтобы решить противоречия между вашими кланами или выдать танган. Я, комиссар Сага Ичиро, являюсь голосом и глазами Тэсурио Сага в провинции Цветочная Гора. Если у вас нет возражений, я приглашаю вас к разговору.

«Странно, что это он так на Каяхара зыркнул?» — отметил себе Денис, подходя к столу и садясь.

Клинок, подвешенный на пояс (именно подвешенный, а не за поясом — оби, как у Каяхара, на Денисе же форма), Кусаби аккуратно, не касаясь рукояти, сдвинул назад, чтобы меч не мешал сесть.

— Вам, Каяхара-сан, как старшему, предлагаю начать первым, — произнес Сага Ичиро, делая приглашающий жест.

Да, сопровождающие глав кланов остались стоять у дверей. К столу прошли только главы.

— Предложение клана Каяхара, — скрипящим, но уверенным голосом заговорил старик, не посчитав нужным поприветствовать оппонента. — Если клан Унарё признает свой хасан (поражение, банкротство) и покинет провинцию Цветочная Гора, то клан Каяхара откажется от требования тангана.

— Каяхара-сан, — ровным, спокойным тоном произнес Сага Ичиро. — Танган не выдается лишь потому, что вы этого желаете.

— Любому… опытному человеку совершенно ясно, — сухо ответил Каяхара. — Что клан Унарё лишь занимает место. Никакой пользы для провинции и Империи клан Унарё не приносит.

— Видимо, клан Каяхара приносит столько пользы, — сухо и нотками злости заговорил Денис, специально не дожидаясь приглашения от Сага. — Что правила поведения его представителям можно не соблюдать?

И да, Денис намеренно выдавал признаки юного, дерзкого и порывистого. Парадокс, но клану Унарё танган был нужен не меньше, чем клану Каяхара. Но при этом агрессором должны выступить именно Каяхара.

На лице Каяхара Юджина на краткий миг появилось выражение удовлетворения.

— Господин Кусаби, — примирительно произнес Сага Ичиро. — Давайте оставим эти моменты за дверью. У вас есть существенные возражения?

— Да, может ли глава Каяхара (Денис намеренно использовал обезличенное обращение), чем-то подтвердить свои утверждения? — процедил Кусаби.