Венцеслав не знал, сколько времени он стоял и просто смотрел. Ощущение провала щемило сердце. Они зашли так далеко, столько претерпели — и все напрасно. Оракул под Вуалью мертва. И мертва уже сотни лет, избавленная от разрушительного воздействия времени защитой своей цитадели.

— Слишком поздно! — простонал Венцеслав.

И тут его глаза расширились от ужаса. Фигура, сидевшая на троне, встала. Скрытое вуалью лицо повернулось к нему, и он почувствовал, как внимательные глаза изучают его из тени.

— Вы прибыли в точности тогда, когда я вас ожидала, — прозвучал голос, мягкий, как весенний дождь. Оракул под Вуалью приподняла руку в перчатке и поманила Венцеслава. — Подойди и поведай о своей цели. — Она повернулась к Кветке и Махьяру, которые только что выбрались из лабиринта занавесей. — Подойдите все. Давно уже никто не ходил сюда в поисках моей мудрости.

Кветка выступила вперед. В глазах ее тлело подозрение.

— Ты… ты — Оракул под Вуалью?

Облаченная в черное пророчица мелодично рассмеялась.

— Разве я не похожа на ту, кого вы ожидали найти? — Она рассмеялась снова, глядя на них сверху вниз. — Возможно, вы ждали кого-то более величественного? Альвийскую даму в серебре и бриллиантах? Полубогиню такой несказанной красоты, что она вынуждена прятать ее от глаз смертных? — Покрытая вуалью голова качнулась из стороны в сторону. — Увы, это всего лишь я, и, боюсь, я не такова, какой вы ожидали меня увидеть.

— Ты плоть или дух? — спросил Венцеслав, высказав страх, который — он знал — разделяли все они. Живая это женщина — или неупокоенный кошмар?

И вновь раздался смех Оракула под Вуалью.

— Жива ли я? — перефразировала она, вновь опустилась в розовое кресло и огляделась. — Да… полагаю, это своего рода жизнь. И хотя часто она утомительна, я боюсь того, что ждет меня, если я откажусь от нее. — Лицо под вуалью вновь повернулось к Венцеславу. — Когда меня положат в могилу, мои враги обретут власть надо мной. Пока же я остаюсь здесь, в цитадели, я в безопасности. Усталая. Одинокая. Но в безопасности. — Она подняла руку и указала на стоящую на помосте чашу. — Я вглядывалась в тысячи тысяч вчерашних дней, видела несчетное множество стремящихся к концу жизней. Я могу наблюдать за всем, чего у меня никогда не будет. Хотя, если бы не могла, никто и никогда не решился бы прийти ко мне.

— Это правда, — кивнул Венцеслав. — Мы бы не рискнули явиться сюда, если бы не твоя мудрость. Мы пришли…

Оракул под Вуалью подняла руку, призывая его к молчанию.

— Судя по акценту, ты из Бельвегрода, — сказала она… и покачала головой. — Нет, прошло много лет с тех пор, как Утопленный Город был жив. Там, где некогда процветали люди, теперь море, но в этом море есть остров. Место, где потомки исчезнувшей расы теперь ставят свои дома.

— Мы все пришли из Двойных городов, — сообщил Махьяр пророчице. — Милостью и силой Зигмара жизнь строится на руинах.

— Лишь однажды я слышала речь, подобную твоей. — Оракул под Вуалью повела рукой, словно призывая из глубин далекие воспоминания. — Ко двору прибыл посланник из другого Владения. Кожа его была не столь смугла, как твоя, и волосы — золотые, как солнце, а голос — такой же. Слова его были подобны железу — сильные, твердые. Он явился к нам из дивного города Азирхейма и поведал о чудесах и величии Бога-Царя. — Мечтательный голос пророчицы стал печальным. — Он оказался слишком чист для Шаиша. Приспешники Темных Богов таятся и в знатных домах. Однажды ночью они напали на него, спящего. Он одолел восьмерых убийц, но, чтобы выжить, нужно было справиться с девятью…

Оракул под Вуалью очнулась от задумчивости и вновь обратилась к Венцеславу:

— Если вы из Двойных городов, то я могу догадаться о вашей цели. Вы ищете способ защитить свой народ от Госпожи Печалей.

Венцеслав на мгновение растерялся, ошеломленный так открыто объявленной целью их похода и не сразу подобрал ответ.

— Мы действительно пришли за этим, — выдавил он наконец. — В путь отправилась небольшая армия, но Госпожа Печалей напала на нас с ордой ночных охотников. Спаслось лишь несколько человек.

— Леди Олиндер! — прошипела Оракул под Вуалью. — У нас с вами общий враг. Я здесь из-за ее хитрости и предательства.

— На Бельвегродском маяке есть проницатель, прибор, способный наблюдать за падением могильных песков на краю Шаиша, — сказала Кветка. — Ученые и чародеи собирают проблески будущего, прослеживая узоры сыплющихся песков. Пророчество призвало нас найти тебя. — Голос ученой стал торжественным и мрачным. — В бой с Госпожой Печалей нас должен был повести герой, избранный судьбой, чемпион обоих наших народов.