«Я ничего не вижу. Совсем ничего. Что он нашёл, Равнодушный?!»

Посох Горджелина указывал куда-то вниз, однако не отвесно.

– За мной, – скомандовал призрак, подавая пример.

Они двигались – или сама Великая Река двигалась вокруг них? Тела драконов исчезли; Аратарну казалось, что его словно несёт неспешным потоком… куда?

Сколько доводилось ему слышать о «заводях времени», где оно почти что стоит, или о «стремнинах Великой Реки», где с грохотом проносятся века, тогда как в обычных мирах минует лишь несколько мгновений!.. Но где же они, где те «омуты» или «водовороты», каким образом они возникают, кто распоряжается ими, кто решает, быстро или медленно станет идти время в каждом из миров Упорядоченного?..

А потом над головой мелькнула длинная вытянутая тень; но не просто проплыла себе мимо – завернула, медленно смыкая огромное кольцо над головами незваных гостей.

Затем ещё одна, ещё и ещё.

Драконы Времени собирались над ними, кружили, не сводя с явившихся пристальных взглядов. Теперь, по крайней мере, можно было сказать, что они с Горджелином и Лидаэлью погружаются – драконы оставались над их головами, медленно удаляясь.

А потом один такой дракон, неотличимый от других, появился на их пути и тоже свился в кольцо, ловя раскрывшейся пастью собственный хвост.

Они проплыли через эти диковинные врата, а впереди уже появились следующие, за ними ещё одни – драконы выстраивались бесконечной чередой живых колец, чередой, уводившей куда-то в неведомую глубь Великой Реки.

– Горджелин! Где ты их увидел?.. – вырвалось у Аратарна. Сам он, потратив десятилетия на поиски отца, по-прежнему ничего не видел и не ощущал.

Драконы вокруг них возникали словно из ниоткуда. Иные замирали, иные начинали кружиться, извиваться на одном месте, алый свет вокруг медленно тускнел – словно четверо странников и впрямь погружались в морские пучины. Драконы составили вокруг них что-то вроде тоннеля, не сплошного, но отчего-то отнюдь не казавшегося дырявым. Они что-то делали с потоком, они вели куда-то явившихся к ним без спроса; и, конечно, вели не просто так.

А потом впереди появилось небольшое поначалу алое пятно, и в нём – две замершие друг против друга фигуры.

Так, сквозь живые кольца Драконов Времени, Аратарн и увидел отца.

Губитель вернулся к облику Эльстана, странствующего эльфа – мага и воителя. Курчавая бородка от уха до уха, зелёный плащ, распахнувшийся в стремительном движении; диковинным продолжением правой руки застыл туманный меч, тот самый, что и в последнем их бою.

А напротив него, нагими ладонями поймав серый бесплотный клинок, застыла женщина, молодая и прекрасная – она казалась совсем юной, младше Лидаэли; с развевающимися волосами цвета воронова крыла, высокими скулами, ямочкой на подбородке. Смоляные пряди разлетелись, открывая небольшое ухо – вполне себе человеческое, совершенно не эльфийское.

Ярко-красный, насыщенный цвет одежд: безрукавка с золотым шитьём поверх тонкой белой рубахи, такие же шаровары, просторные и лёгкие; босые ступни. И – никакого оружия.

Они казались застывшими статуями, хотя, приблизившись почти вплотную, Аратарн подумал, что, может быть, кончики разлетевшихся волос Возрождающей едва-едва сдвинулись. А может, ему просто показалось.

Позади осталось последнее кольцо, последний замкнувший себя так дракон.

Все четверо замерли, глядя на оцепеневших в разгаре битвы противников.

– Чёрный, – вполголоса сказал Горджелин. – Ну вот, мы нашли их. Что дальше?

– Выбираться отсюда, – призрак появился по другую сторону от Губителя и Возрождающей. – Полагаю, Драконам Времени они сами или весьма надоели, или чем-то мешают. Во всяком случае, нам не препятствовали, напротив, помогли… не очень понимаю, как, но явно помогли.

– Отец, – решился Аратарн, оказываясь перед Губителем. – Отец, это… это я…

Все слова куда-то подевались, осталось только одно: «Это я».

Губитель не шелохнулся, не дрогнул. Серый меч, создание туманов, продолжал вечный свой размах, а нежные ладошки Возрождающей готовы были его остановить, и неведомо, кто взял бы верх.

– А теперь позвольте мне… – проскрипел Чёрный. Голос его утратил обычную бесплотность, он словно и впрямь тащил в гору неподъёмный груз. – Мы… возвращаемся…

Аратарн оглянулся – Драконы Времени по-прежнему удерживали кажущийся бесконечным тоннель сквозь толщу Великой Реки. Все – за исключением одного.

Казалось, иссиня-чёрное тело вытягивается в бесконечность, хвост теряется в алых водах, а перед Аратарном, Лидаэлью и Горджелином остаётся одна голова; блестят крошечные чешуйки гибкой брони, покачиваются длинные усы-вибриссы, прожигает взглядом пара бездонных глаз.

«Возвращайтесь. Цена равновесия высока. Будьте готовы заплатить. Обладатель восьми зрачков решил, что мудрее всего и вся в Упорядоченном. Но это не так. Всеведуще лишь вечное Время, однако даже ему надо где-то течь. Нет пространства – нет и времени. Идите и остановите его. Помните, что если из вод Великой Реки придётся подняться всем нам – цена окажется поистине высока для всех, и для нас в первую очередь».