— Вообще-то, сейчас происходит все для того, чтобы так и произошло. Эти люди объявили мне войну, охотятся на меня, пытаются убить. О тебе я уже вообще молчу. Если так пойдет дальше, или, не дай бог, с тобой что-нибудь случится…

— Даже тогда ты не должен поддаваться Луи и этому чудовищу, что сидит в тебе и ждет возможности вырваться наружу. Не позволяй им себя уничтожить. Даже если со мной что-то случится! Я никогда тебя не оставлю, клянусь! Даже если я уйду из жизни, я всегда буду в тумане, куда ты всегда, в любой момент сможешь прийти, призвать меня. Мы всегда будем вместе, даже если я умру.

— Хорошо, мам. Только не говори больше, что я демон или чудовище, никогда, ладно? Обещай.

— Обещаю. Прости, сынок.

Крепче обнявшись, они замолчали.

— А Дженни… она знает, что не может иметь детей? — через некоторое время спросила Кэрол.

— Не знаю, мам. Может, еще нет.

— Бедная девочка! Выходит, мы вырвали ее у тумана?

— Выходит так. Но она все равно не жилец. Проклятие не отпускает своих жертв, не забывает о них. Благословенный — ее единственное спасение. Хорошо, что ты догадалась приправить ее Рэю.

— Мы должны ей все рассказать.

— Расскажем, мам. Многое она уже знает о нашем проклятии, я ей рассказывал. Осталось только добавить, что она такая же, как мы. Как окажемся в безопасности, свяжемся с ней. Я свяжусь и все ей расскажем. Кстати! — он подскочил, осененный внезапной догадкой. — Мы же можем связаться с ней, чтобы попросить Рэя о помощи! Я могу! Мы можем с ним общаться через нее, и никто нас не вычислит! Как я сразу не сообразил?

— Да, хорошая идея.

— Завтра, если Нол и Исса так и не объявятся, я попробую с ней связаться. Рэй и Касевес обязательно что-нибудь придумают, чтобы нам помочь. Сделают нам новые документы и пришлют сюда кого-нибудь, за кем бы не увязались полиция и папа, чтобы передать нам. А еще и деньги! Побольше! Тогда мы с тобой не пропадем!

— Да, первое время… Но что мы будем делать дальше без Тима и Иссы?

— Ну, во-первых, попытаемся их найти. А там уже и думать будем, что дальше делать.

— У нас нет времени на раздумье, сынок. Не забывай о наших врагах. Они ждать не будут. Надеюсь, хоть от маньяка этого мы избавились. Даже если наши документы у него, они ему нечего не дадут, потому что не настоящие, — Кэрол засмеялась.

— Ага, не на тех напал! — поддержал Патрик и тоже рассмеялся. — Вообще забавно вышло, правда? Маньяк нападает на сбежавшую от смертной казни серийную убийцу — нашел себе жертву, называется! Интересно, если бы он об этом узнал, поубавилось бы в нем хотения?

— Думаю, да, — усмехнулась Кэрол. — Вряд ли его возбуждают женщины — убийцы.

Они долго еще разговаривали, пытаясь отвлечься и поддержать друг друга, потом Патрик попросил рассказать ему сказку. Кэрол очень удивилась. Никогда, даже будучи совсем маленьким, он не любил сказки. Он всегда был чересчур серьезным малышом.

Она рассказывала ему все сказки подряд, которые могла вспомнить, пока он не уснул.

Кэрол тоже клонило в сон, но она боролась с ним, не поддаваясь. И дело было не только в Тиме и Иссе, которых они ждали. Она боялась появления преследовавшего их проклятого, который таким невероятным и странным образом смог их найти там, где они спрятались.

Она составляла в уме план действий на завтра, если Тим и Исса не приедут. Сначала они вернутся к своей машине и, если она все еще там, пересядут на нее. Кэрол вовсе не хотелось разъезжать на этом угнанном форде. Бензин с форда они сольют. Не известно, остались ли в их машине деньги и будет ли у них возможность заправиться. В любом случае, бензин лишним не будет. После чего они наведаются в мотель, в котором останавливались с друзьями и там попытаются разузнать что-нибудь о них. Вдруг, они оставили какое-нибудь сообщение, если произошла непредвиденная ситуация, и они заранее знали, что не смогут приехать к месту встречи.

При этом надо будет быть максимально осторожными, ведь где-то поблизости могут быть габриэловцы или этот проклятый. Неизвестно, отстал ли последний от них или нет. Возвращаться к машине было опасно, он мог быть все еще там, если не замерзнет за ночь насмерть. А свет, который их блокировал, мог исходить и не от Калена, а от благословенного, который был с габриэловцами.

Боль в ноге помогала бороться со сном.

Ночь казалась бесконечной.

Пытаясь отвлечься от одолевающих ее тревоги и страха, Кэрол думала о Джеке. Они выяснили, что на него напали в тюрьме, сильно избили, ранили, но жизнь его была вне опасности. Ни она, ни Патрик не увидели никакой реальной угрозы, которая подтвердила бы предсказание Габриэлы о том, что его ждет скорая смерть.

Мысли о нем отозвались в сердце Кэрол мукой. Бесконечная боль, смешанная тоской.

«Ах, Джек! Как же я тебя ненавижу и люблю! Ты — еще одно мое проклятие, от которого я не в силах избавиться. Мой демон! — думала она. — Ты такой сильный, умный… а мы бежим от тебя, как и от остальных, вместо того, чтобы искать у тебя защиты. А ведь именно у тебя мы должны были ее искать. Ведь мы твоя семья. Ты всегда утверждал, что семья для тебя превыше всего. Тогда почему же мы тебе больше не верим, бежим от тебя, как и от других? Почему ты не с нами, не на нашей стороне, а на стороне тех, от кого мы должны прятаться и спасаться? Даже Патрик больше не верит тебе. Он обижен, разочарован в тебе. Вот чего ты добился, Джек — даже он от тебя отвернулся, а ведь он любил тебя больше всех на свете. Больше, чем меня. Ты поломал и уничтожил все, что только можно было. Больше ничего не осталось. Ничего».