– Серьезно? Чулки?

– Все Нелли виновата, - будто оправдываясь, сдала я подругу.

– Надо не забыть сказать ей спасибо. И ты наверху, – он пальцем показал на стремянку. – Просто потому, что мне нравится твой вид снизу, – хмыкнул он.

Я когда-нибудь привыкну к нему и перестану смущаться от его слов? Вряд ли.

Будто проверяя свои слова, он провел пальцем по линии чулок. Как раз там, где они заканчивались. Я задышала чаще от этих касаний. О карте уже было забыто, и сейчас я стояла на самой высокой ступеньке стремянки, лицом к брюнету.

Внезапно послышался скрежет и стремянка начала падать вбок. Вскрикнув, я крепко вцепилась в плечи Яна, а он в свою очередь подхватил меня под попу.

Сразу после, на пол с грохотом повалилась стремянка. Посмотрев на нее, мы одновременно засмеялись.

– Я испугалась, – с улыбкой, призналась я.

– Чего? Я ведь тебя держу, – Гордеев подкинул меня на руках и подмигнул.

Да, держишь. Только не отпускай.

Ни сейчас, никогда.

Хотя никогда – это слишком долго. Но помечтать ведь можно, правда?

Добавляю еще две части перед сном, надеюсь на вашу активность)

Алина

Придя домой, застала недовольную маму. Это уже стало традицией. Не успела я переодеться и придти на кухню выпить чай, как она тут же на меня накинулась:

– Покажи свой дневник.

– И тебе привет, мамочка.

– Тон выбирай. С матерью разговариваешь, а не с подружками.

Мягче тона и не придумать было. А сарказм она явно уловила.

Сходив в комнату и вытащив из сумки дневник, я принесла его ей и положила на стол:

– Теперь довольна? Теперь я могу спокойно пообедать?
– никогда раньше не посмела бытак ей ответить. Но знакомство с Яном полностью меня изменило. И честно, я рада этим изменениям.

Она промолчала и так же молча, стала пролистывать дневник, а затем буквально швырнула на стол:

– Ты в своем уме? У тебя одни четверки. Ты как в институт собираешься поступать с такими оценками?

– У некоторых оценки и похуже.

– Меня не волнуют другие некоторые, тебе ясно? Почему ты пропустила шестое занятие на неделе по французскому? Мне звонил твой репетитор.

– Потому что я устала. Я могу отдохнуть хоть секунду? Я тоже человек и не железная сутками напролет учиться. Учеба, учеба, учеба… Достало! Merci pour le d'ejeuner, m`ere, – не удержалась я, и резко отодвинув стул, вышла из-за стола.

В комнате я легла на кровать и, взяв планшет, зашла в интернет. Нелли с Олегом ушли гулять и мне совсем некуда уйти из дома, к сожалению. Когда папа дома я хоть как-то могу спокойно дышать. Но когда мы с мамой остаемся наедине я буквально чувствую всю ненависть и напряжение в воздухе.

Включив музыку, я воткнула наушники в уши и не заметила, как заснула. Когда я проснулась, за окном уже было темно. Поскорее бы новый день.

Внезапно на телефон пришла смс. Нахмурившись, я потянулась к столу и взяла мобильный. Открыв сообщение, на моем лице тут же появилась улыбка.

«До сих пор не могу отойти от твоего сегодняшнего преображения. Радуй меня так чаще, Романова!».

С улыбкой на лице, я принялась печатать ответ:

«Сомневаюсь теперь. Кое-кто заставил меня сегодня лезть в платье на полуразвалившуюся стремянку»

«Я смотрю у кого-то игривое настроение. Как насчет того, чтобы прогуляться?»

Подумав, я быстро напечатала ответ:

«А почему бы и нет?».

Договорившись встретиться через полчаса в моем дворе, я пошла собираться. Мамы дома не было. Записка, оставленная ею, говорила о том, что она ушла к бывшей однокласснице на юбилей. Так даже лучше. Никаких лишних вопросов и претензий.

Собравшись, я вышла из дома ровно в назначенное время. Ян был недалеко и курил, стоя ко мне спиной. Поэтому он меня не видел.

Я хотела подойти к нему со спины и закрыть руками глаза, а потом может быть и поцеловать, но Гордеев разрушил все мои планы. Когда я уже подняла ладони вверх, он резко развернулся ко мне лицом, и заломил мне руки назад. Не больно, но крепко.

– Ого, – только и выдохнула я.

– Прости, реакция, – улыбнулся он, но не поцеловал меня. Я попыталась скрыть свое разочарование.

Взяв меня за руку, мужчина повел меня в сторону многоэтажек:

– Что за реакция?

– Да так. В армии чему только не научишься, – снова улыбнулся он.