– Тебе еще столько всего нужно узнать, муж мой, - сказала его жена с милой улыбкой, - что лучше запастись успокоительным.

***

– Майор, - начал разговор Мастер. – Я надеюсь, вы понимаете, почему вы теперь майор и орденоносец?

– Так точно, Мастер, - гаркнул Любомир, наслаждаясь перекошенным лицом начальства. – Это знак того, что мои заслуги оценены по достоинству, и что это налагает на меня серьезные обязательства. Короче, все что было там, останется во мне.

– Рад, что мы понимаем друг друга, - сказал Мастер. – Вам всем придется дать расписку о неразглашении. Вы понимаете, что в случае утечки информации вся ваша четверка будет ликвидирована?

– Так точно! – гаркнул Любомир. – Но смею заметить, Мастер, я опасаюсь, что такое желание может появиться даже в том случае, если с нашей стороны утечки не будет.

– Вы это о чем, майор?
– нехорошо прищурился Мастер.

– Да я скопировал кучу материалов, и спрятал, - признался Любомир. – Так оно надежнее будет.

– С огнем играешь, - предупредило его начальство.

– Никак нет, - уже обычным тоном сказал Любомир.- Если вы со мной по-честному, то и я с вами тоже. Я же все равно в отставку ухожу, мне на эти ваши игры начихать с вершины храма Мардука.

– Ах да, ты же у нас теперь богатенький парень, - скривился Мастер. – Удачно женился, я слышал.

– Так точно! – отрапортовал Любомир. – Сам в шоке. Подумываем с женой о покупке собственного автомобиля. Или автомобильного завода, я уже и сам запутался.

– Я вот что тебе скажу, майор, - сказал ему Мастер.- Ты в отставку, конечно, иди. Но не для тебя жизнь богатого бездельника, поверь. Ты через год либо сопьешься, либо разведешься. Когда совсем от скуки осатанеешь, набери мне. Я тебе подкину работенку по профилю.

– Я не скажу нет, Мастер, - серьезно ответил Любомир. – Но насчет пьянки и развода, это вы погорячились. Меня жена порежет и собакам скормит. И это не фигура речи, я ее даже побаиваюсь иногда. Она своим кинжалом исключительно ловко работает. И, вот еще что, я вам рекомендую присмотреться к Зигфриду, это просто самородок.

– Так это он весь этот балаган устроил? – догадался Мастер. – А я никак понять не мог, как это ты такой фокус провернул. На тебя ведь совсем не похоже. Я уж, грешным делом, начал думать, что мне на пенсию пора. Совсем перестал в людях разбираться. Приведи его, познакомлюсь.

– Кстати, Мастер, разрешите поинтересоваться, почему миссию свернули? Да еще так быстро…

– Да потому что вы, олухи, прокололись. У вас постановочные бои начались, и это монтажеры заметили. Если даже слух об этом пошел бы, то сидеть тебе на колу, и мне рядом с тобой. Понял?

– А там? – Любомир поднял палец вверх. – А там как к этому отнеслись?

– Новый император увлекся собачьими боями, и вы вышли из моды. Повезло тебе. Кстати, а что там с нашим королем?

– Я о нем позаботился, Мастер. Вот видеоотчет. – Любомир положил на стол жесткий диск. – Я это не стал сдавать. Удачи вам, и спасибо за все!

***

Месяцем ранее

– Слушай, Генрих, сворачивай свою лавочку, - его величество Артур первый изволил беседовать с главой сектантов, поклонников Кровавого Бога.

– Ты, Арт, как себе это представляешь? – лениво поинтересовался один из самых страшных людей Ингланда. – Я что, должен выйти к людям и сказать: Уважаемые, это все было понарошку, всем спасибо, все свободны? Да там третья часть упоротая на всю голову. Я их сам боюсь, они же свихнувшиеся психопаты.

– Ну, подумай, я тебе тут не советчик, - пожал плечами король. – Ты свой контингент лучше знаешь. Только, если мы к согласию не придем, я твое предместье под нож пущу. Всех, до последнего человека. У меня просто вариантов нет. А патроны как раз есть. И бронеход на ходу тоже есть, его одни неплохие ребята на севере припрятали.

– Бронеход, это серьезно, - нехотя признал Генрих. – Я слышал об этом. Но ты должен понимать, что просто так религиозные постулаты не изменить. Тут божье знамение нужно, чтобы паства катарсис испытала. Понимаешь?

– Есть у меня для тебя катарсис! – хлопнул по столу Артур. – Заводите!

В комнату ввели бывшего короля Эдмунда в кандалах, который озирался с затравленным видом.

– Это тот, о ком я думаю? – изумился Генрих. – Тогда, друг мой, все вопросы сняты. Этот гад у меня месяц умирать будет, а потом мы скажем, что Кровавый Бог принял искупительную жертву, и отпускает всех в новую, счастливую жизнь. Человек сорок законченных садистов потом вместе перебьем. Их перековать не получится, они клиенты психиатра.