2 + 25 + 15.

«Судьба будет благосклонна к вам».

Что касается Буцаева, то кости показали мне

35 + 2 + 24.

«Непредвиденные перемены».

Я решила, что непредвиденные перемены могут подождать, а вот от благосклонности судьбы отказываться грех. Я позавтракала и поехала в сторону офиса «Автобама». Предварительно позвонила своему старому знакомому, который тратил жизнь на перепродажу всякой всячины. Володя Бурбулев был торговым посредником до мозга костей. Мне кажется, что он мог бы перепродать даже собственную мамашу, причем с весьма неплохой прибылью.

Внешне Бурбулев представлял собой маленького лысого толстого человечка с интеллигентной бороденкой. Бороденка, по мнению Володи, компенсировала отсутствие растительности на других частях его тела. Подъехав к офису Макаревича, я обнаружила, что бурбулевская «девятка» уже на месте. Завидев меня, Володя подошел к моей машине, сел в нее, приставил к моему виску палец, воображая, что это пистолет, и быстро затараторил:

— Так, девушка, вы быстро выкладываете мне, что вы сегодня продаете, в противном случае на вас наедут мои ребята.

Он сопровождал это глупое кривлянье лучезарной улыбкой. Не получив ответа на свой вопрос, Бурбулев начал рассказывать о какой-то новой зубной пасте, которая великолепно отбеливает зубы. Единственное условие заключалось в том, что, один раз попробовав чистить зубы этой пастой, я была бы обречена на то, чтобы пользоваться ею всю жизнь. Ибо, по утверждению Бурбулева, если человек перестает пользоваться этой пастой, его зубы приходят в состояние еще худшее, чем были до этого.

— Бурбулев! — прервала я его. — Ты сейчас заткнешься, уберешь свой засаленный палец от моей головы и будешь слушать меня.

На мой взгляд, я имела право обращаться с этим господином без особых церемоний. Месяц назад мне пришлось общаться с ним в течение двенадцати часов подряд. Из этого времени Бурбулев говорил часов десять, да и то не знаю, чем он занимался в течение остальных двух, когда я спала. В принципе это был безобидный, но, к сожалению, при длительном общении весьма утомительный человек.

— Ты сейчас пойдешь со мной в офис «Автобама» и попытаешься впарить Макаревичу цистерну солярки на невыгодных для него условиях. Твоя задача — затянуть разговор. Я пойду в качестве твоей секретарши и помощницы. Мне нужно вытянуть у него какую-нибудь информацию.

— Отлично, — сразу же согласился Бурбулев. — У меня как раз скоро должна прийти цистерна солярки. Я недавно очень выгодно продал партию дверных замков. Завтра прибудут полотенца, на которые я уже нашел покупателя, а потом и соляркой займемся.

Бурбулев продолжал говорить о каких-то своих вагонах и «лимонах», которые он перебрасывает со счета на счет, пока мы направлялись в офис «Автобама». Офис располагался на первом этаже жилого дома, занимая его полностью. Мы прошли по хорошо отделанным коридорам вглубь и оказались возле кабинета Макаревича. Войдя в приемную, мы увидели секретаршу в возрасте. Мы не успели представиться, как дверь кабинета с шумом отворилась, и из нее выскочил невысокий рыжий мужичок с большой плешью на голове.

— Пошли вы на хер! — безапелляционно заявил он.

Вслед за ним вышли двое молодых людей, к которым, видимо, относилось это заявление.

— Не умеете работать — нечего браться! Значит, пора уходить. Бизнесом надо заниматься, а не ерундой! Я когда тебе сказал, что надо ехать? — продолжал разоряться мужичок.

— Вы мне нечетко сказали, — начал оправдываться здоровый детина.

— Как это нечетко? — взвился рыжий. — Я не могу за всех работать. Если бы я не проконтролировал ситуацию, в Комсомольском нечем было бы торговать.

Тут, заметив нас, он спросил секретаршу:

— К кому это?

— Сергей Васильевич…

Секретарша не успела раскрыть рот для объяснений, как Макаревич (видимо, это был он) заорал, что он платит такие большие деньги не для того, чтобы посторонние люди толкались у него в приемной.

Секретарша, дождавшись паузы, вставила:

— Сергей Васильевич, я не успела вам объяснить. Это господин Бурбулев. У него для вас есть коммерческое предложение.

— Какое еще коммерческое предложение? У меня за день сто тысяч подобных предложений! У меня в конце концов есть коммерческий директор, — он посмотрел на того самого детину, которого незадолго до этого отчитывал. Тот покраснел еще больше, то ли от стыда, то ли от нервного напряжения. — Ладно, заходите, — кивнул он нам.

В направлении подчиненных Макаревич под конец бросил еще одну фразу:

— Если к вечеру бензина не будет, ваши яйца останутся без хозяев!

Потом, смягчившись, проронил:

— Обеспечьте бензин через три дня, олухи! Сегодня вечером я сам поеду, договорюсь о срочных поставках.

Явно воодушевленные напутствием, помощники главы «Автобама» удалились.

Пройдя в кабинет, Макаревич уселся за стол и начал нервно ерзать на стуле.

Бурбулев включил все свое обаяние и стал подробно и цветисто рассказывать о том, чем он и его воображаемая контора занимаются. На уши Макаревича вылилась история о сделке Бурбулева с дверными замками, за которые ему удалось получить цистерну солярки. Володя продолжал бы рассказывать и дальше, переходя с темы на тему — от продажи средств против насекомых до расписывания качества новых презервативов. Но Макаревич, не переставая ерзать, вдруг громко заявил: