— Да! — наконец доносится голос друга, но через какой-то гул. — Ален, я в аэропорту. В Москву по делам улетаю. Что-то случилось?

— Нет, — отвечаю после короткой паузы. — Все хорошо. Потом созвонимся.

Отключаю звонок и прижимаю телефон к груди. Что делать, я даже не знаю. Вибрирует мобильник, и я принимаю вызов, не посмотрев на имя звонящего.

— Да!

— Что случилось, Алена? — Сережин голос действует на мои нервы гораздо сильнее, чем те длинные гудки. — Что с бабушкой случилось? У отца там знакомые есть. Я попросил его помочь. Короче, все окей будет. Не паникуй раньше времени. Я сейчас приеду.

— Что? — ошеломленно отвечаю, прижимая телефон к уху крепче, но парень отключается.

Хожу из угла в угол. Нет, словам того мерзавца доверять нельзя. Он профессиональный шантажист, и ничего хорошего от него ожидать не следует.

Девочки приезжают через некоторое время, пытаются успокоить, но получается наоборот. Я плачу сильнее, впадаю в панику. Денег у меня нет. Продать тоже нечего. Тогда откуда?! Откуда достать ту сумму для бабушки?

— Нет, нам не хватает. Может, кредит возьмем? Ну, например, каждый из нас по сотке? — предлагает Лиза.

— Это будет долго. — отчаянно мотаю головой. — Деньги нужны до завтра.

— Боже... — стонет Софи, зажмуриваясь.

— А Сережа что тут делает? — вдруг спрашивает Лена, не скрывая свою ненависть. — Я только что его у регистрационной видела.

Глубоко выдохнув, снова мотаю головой. Ждать от него помощи? Господи...

— Алена, — доносится мужской голос. Девочки, окружившие меня, отходят в сторону. — Не волнуйтесь. Все оплачено. Завтра рано утром...

— Вы серьезно? — не успевает договорить, я его перебиваю. — А кто оплатил?

— Вам тут оставаться не следует. Вы можете поехать домой, — игнорирует мой вопрос, несет какую-то чушь.

Нет, я, конечно же, бабушку тут одну не оставлю.

Мужчина уходит, не сказав больше ни слова. Пока я растерянно хлопаю глазами, всматриваясь в спину врача, кто-то слегка сжимает мой локоть.

— Я же говорил, что все окей будет, — улыбается Сережа. — Через пару дней твоя бабушка будет на ногах.

— Ты оплатил? — прищуриваясь, заглядываю в глаза, на что он лишь кивает. — Спасибо!

Бросаюсь к нему, обнимаю. Я бы сейчас все сделала, о чем он только попросит, потому что жизнь бабушки для меня самое важное. Парень обнимает в ответ.

Становится настолько же тяжело на душе, насколько полегчало секунды назад. Господи... В противоположном конце коридора Рома о чем-то беседует с врачом, а потом хлопает его по плечу, не отрывая взгляда от меня.

До самого утра сижу на подоконнике в коридоре. Одна мысль о том, что с бабушкой может что-то произойти, не дает покоя. Просто наизнанку выворачивает, потому что я жизнь свою без нее... Черт! Не смогу я без нее! Потеряюсь!

Замерзаю. Девочки ушли еще ночью, точнее, я их заставила. Нечего тут вместе со мной торчать. Да и на учебу идти, плюс работа.

Сережа не остался надолго, за что я ему вдвойне благодарна. Да, он, может, и оплатил операцию или отца своего попросил, черт знает, все же помощь пришла с его стороны, но, несмотря на это, видеть я его особо не хочу.

Направляюсь к палате бабушки. Врач вот-вот должен появиться. Операция начнется в девять — так сказал вчера доктор бабушки. А я тут одна, и это естественно. Кроме бабули, нет у меня ни одной родной души. Выдохнув, опускаюсь в холодное кресло и не могу оторвать глаз от двери палаты, где лежит моя бабушка Ясмина.

— Доброе утро, Ален, — до боли знакомый голос раздается совсем близко.

Рома. Усаживается рядом и замолкает. Минута. Вторая. Третья.

Я не отвечаю, а он молчит мучительно долго. Зачем вообще пришел? Чтобы снова сделать мне больно? Достаточно. Вчера бабушкино состояние окончательно добило меня.

— Хотел сказать пару слов. Выслушаешь?

Обхватив голову руками, я просто сжимаю волосы. Желания разговаривать нет ни капли. Но я очень хотела бы, чтобы он оправдался. Убедил меня в том, что между ними ничего нет. Хочу, чтобы обнял меня, прижал к себе и... И пообещал, что все будет хорошо. И со мной, и с бабушкой. Но он ничего такого не делает.

— Я уезжаю, Ален, — совсем тихо, хрипло произносит он. Неосознанно поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. Не знаю, как выгляжу я, но он такой растрепанный, уставший. Даже волосы будто утром не расчесал. — Далеко и надолго, но ты должна кое-что знать.

Я усмехаюсь. Опускаю взгляд в пол. Интересно у него все получается. Значит, для него то, что было между нами, пустое место? Игра? А если бы я его не увидела вчера с той блондинкой, он остался бы? Или в любом случае уехал бы?

— Все, что ты вчера видела, просто спектакль, Алена. Не знаю, чего идиотка добивалась, но, поверь, между нами ничего не было и быть не может.