Отличное настроение портится за пару секунд, как только замечаю ту блондинку, которую я с Ромой видела. Наши взгляды встречаются. Она как-то странно пялится, рассматривает меня с ног до головы. Кривится.

Не нравится мне все это. Совсем не нравится.

Я пытаюсь забыть ее. Забыть, что видела их с Ромой чуть ли не в обнимку. Не получается. Я снова ищу ее, но она будто сквозь землю провалилась.

Схватив две кружки капучино, поднимаюсь на верхний этаж. Нужно снова поговорить с Ромой, дать понять, что я не хочу их видеть вместе. Ни в коем случае. Не нравится мне ее взгляд. Уж слишком стервозной она мне показалась.

— Ну, Ро-о-ом, пожалуйста... — доносится мягкий женский голос, как только я тянусь к ручке двери. — Хотя бы сегодня...

— У меня дела, — отвечает Рома.

Я не выдерживаю. Открываю дверь и захожу внутрь, наблюдая за тем, как девушка обнимает Рому, поднимаясь на носочки, и целует в губы.

Роняю кружки. Закрываю рот ладонью. Рома моментально отталкивает девушку, матерится.

— Твою же мать! — рычит он, делая шаг ко мне.

Но я машинально выбегаю из кабинета. Не оборачиваясь, мчусь в нашу комнатку.

К черту его! Я дура конченая! Как могла поверить?! Еще пару часов назад он меня так же целовал, а сейчас другую, блин, лапает. Братья они! Сережа и Рома. Не отличаются друг от друга. Любят играть с чувствами других, любят издеваться и вести себя как хозяева жизни. Да только хрена с два! Алена больше не даст себя в обиду!

Схватив свою куртку, выхожу через запасной, но не успеваю далеко убежать, как Рома останавливает меня, вцепившись в мой локоть.

— Алена!

— Пошел на хрен! — кричу, забывая об окружающих нас людях.

Кто-то спешит домой, а кто-то на прогулку вышел. Но я в данный момент никого и ничего перед глазами не вижу. Только блондинку и то, как они с Ромой целуются.

— Ален, очень прошу, выслушай... — слишком резко тянет меня к себе.

Обхватывает голову ладонями и заставляет смотреть в глаза. Я же не могу не заметить красную помаду на его губах. Кривлюсь, противно становится. Это ее помада!

— Ты бы губы вытер! — снова кричу, отталкивая от себя парня.

Ничего, кроме разочарования, жизнь мне не дает. Да, я устала уже от предателей. Устала от этой жизни, которая заставляет с самого детства карабкаться, чтобы выжить!

— Ален, — проводит ладонью по губам. — Ален, все не так, как выглядит. Да, я понимаю, что мои оправдания выглядят глупо. Но, пожалуйста, просто доверься мне. Обещаю, ее больше не будет рядом со мной.

— Ром, — усмехаюсь через слезы, — я реально устала. Пожалуйста, оставьте меня в покое, а? И ты, и Сережа. Задолбалась я. Идите и над своими девчонками издевайтесь, которые на вас смахивают. Я и так с самого младенчества страдаю. Отстаньте. Я вас умоляю.

— Мышка, — выдыхает, потирает лицо рукой, а потом пальцами в свои волосы зарывается, тянет их и рычит. — Она мне не нужна. Ты не понимаешь, что та... Что, сука, специально это сделала? Не руби с плеча, Мышка.

— Я тебе не верю, — честно признаюсь, отчаянно мотая головой и понимая, что больше между нами ничего не будет. — Просто оставь меня.

Я разворачиваюсь и ухожу, а Рома даже не пытается меня остановить. Знает ведь, что бесполезно.

Автобус останавливается у нашей остановки. Выхожу и пешком иду до старой многоэтажки. Не спешу. Теплые слезы катятся по щекам. Вытираю их с лица, чувствуя тупую боль в области сердца.

Рома первый, кто мне так понравился. И я реально задумалась над тем, что мне тоже не помешают серьезные отношения с нормальным парнем. Но он...

Нажимаю на звонок, жду. Бабушка открывает дверь быстро, рассматривает меня с ног до головы, хмурится, а потом приглашает внутрь.

— Что с тобой случилось? — взволнованно спрашивает она. — Аленушка?!

— Все хорошо, бабуль. Просто устала, — отмахиваюсь. — Я в душ, а потом поболтаем, окей? Твой сериал еще не начался?

— Начался. Жду тебя, — уходит в гостиную.

Струи горячей воды смывают усталость, но никак не помогают стереть из памяти ту картинку. Слезы текут и текут. Я плачу, не могу взять себя в руки. Умом понимаю, что бабушка не должна ничего заподозрить. Она будет переживать.

А с другой стороны, очень хочется рассказать ей о выходке Сережи. Наконец избавить себя от этой тяжести в груди. Быть может, если я все объясню аккуратно, то она поймет? Не знаю, но нужно попробовать. Я так больше не могу. Не справляюсь. Не могу жить со страхом, что она когда-то все узнает и ей станет плохо. Не лучше ли, чтобы все услышала от меня?