Впрочем, «мочить» я никого не стал, лишнее это. Тем более, эта десятка крепких мужиков в хорошем снаряжении и с неплохим оружием гипотетически является моей будущей дружиной и членами команды корабля для плавания по Саху. А вот отвесить «леща», чтобы вырубить — это им только на пользу пойдёт.

Для моих спутников прошло меньше секунды, как всё было кончено. Аббай даже не успел сделать второй шаг, как все противники уже лежали на земле.

Почти сразу же за нашими телегами появились товарищи тех, кто сейчас валялся у моих ног. При виде такой картины они на секунду опешили, а потом взмахнули оружием.

— Стоять!!! — я заорал так громко, как только мог, чтобы перекрыть гвалт. — Или я их убью! Ты, кто недавно с нами разговаривал, иди сюда!

*****

— Алтарь должен быть достойным создательницы! — Фиирд даже кулаком несильно ударил по столу.

Фиирд — это тот самый тип, что командовал отрядом защитников, остановивших мою группу в проходе между скал. Потом я его шантажировал угрозой убийства десяти человек. При этом давил, что это самые лучшие из его людей и вообще немногие из мужчин в лагере. Тем самым показал, что в курсе про их настоящий состав и возможности. Дело почти дошло до кровопролития. К счастью, почти — это почти. Всё-таки, удалось всё свести к мировой. Позже отношение ко мне и тем, с кем я пришёл, изменилось в лучшую сторону. Мало того, на людей Аббая многие смотрели с завистью. Ещё бы, они были единственными, за кем создательница направила своего паладина. А вот эльфийка вызывала тоже зависть, но злую, сильно разбавленную раздражением. Зиждилась она на том, что женщина принадлежала другой расе и жрицей как таковой ещё не являлась. Я был уверен, что кое-кто втайне мечтал, что она и не станет ею, а на освободившееся место попадёт такой мечтатель. Наивные.

Спор у нас шёл по поводу алтаря, задания Пристэнсиллы. Я (и я тоже наивный, признаюсь) рассчитывал, что сгодится какой-нибудь первый попавшийся камень. Ну, можно его обтесать, подшлифовать, орнамент непритязательный выбить. Ан нет, куда там. Местные, когда услышали такое святотатство, чуть сознание не потеряли от шока. Отойдя от него, тут же стали предлагать варианты один другого чуднее и фантастичнее. Были тут предложения отлить из золота, найти огромную друзу магических кристаллов или особо редкого хрусталя, отправиться в Сах, чтобы добыть кость редкого и опасного чудовища. И ещё дюжина похожих, не отличающихся здравомыслием и далёких от реалий жизни. Спорили долго, каждый выдвигал несколько вариантов, придумывая новый, когда предыдущий отвергали. Я присутствовал лишь в качестве зрителя, решив для себя, что как только мне надоест слушать бред, или местные не придут к общему консенсусу, то освящу алтарь из того предмета, на который падёт мой взгляд. Наконец, Аббай выдвинул идею разорить несколько храмов лжебогов, захватить их алтари и храмовые атрибуты, после чего расплавить и отлить из этого металла алтарь Пристэнсилле. Мол, это будет значимое событие, означающее, что всё величие паразитов исчезнет, а создательница вернёт себе то, что однажды те захватили. Его поддержал Фиирд.

Как раз сейчас он и стучал кулаком по столу, убеждая остальных. А вот те не показывали наличие боевого духа. Скорее прямо наоборот. Оказалось для них враг неизвестный — чудища Саха — куда менее страшный, чем известный, то есть, жрецы богов-паразитов. За годы гонений они приучили несколько поколений еретиков к страху. Это только простые верующие (если, конечно, не считать фанатиков) равнодушно относились к поклонникам старых богов, торгуя с ними и нанимая их в качестве проводников.

— Ладно, убедил, — произнёс я, — будет тебе достойный алтарь из вещей богов. Подбирай людей для этого дела.

— Они уже готовы, — излишне пафосно заявил он мне.

Глава 3

Семнадцать мужчин и женщин в зелёных и тёмно-синих рясах с капюшонами спускались глубоко под землю по каменной лестнице. Та была настолько старой, что камни под ногами людей шевелились, угрожая выпасть из кладки и развалить всю конструкцию. А слой пыли на ней был толщиной в две ладони. Лестница привела отряд к широкому коридору, вырубленному прямо в скале, и столь же пыльному, как лестница. Через несколько шагов в его стенах имелись небольшие ниши, в которых лежали человеческие черепа. Каждый из них был изрезан ломанными узорами, в которых любой толковый попаданец с Земли нашёл бы сходство с кельтскими рунами. При свете факелов (незнакомцы отчего-то взяли их, а не магические светильники) изрисованные чёрными письменами черепа навевали жуть.

То ли из-за этого, то ли по какой-то другой причине люди в рясах стали вынимать черепа из ниш. Их они складывали в сумки и неспешно шли дальше.

Коридор оказался прямым, как стрела и в длину около ста шагов. К моменту, когда он закончился, четырнадцать из семнадцати тех, кто его посетил, несли по две-три сумки с черепами.

Дальше путь преграждала решётка во весь коридор. Она была сделана из прутьев с квадратным сечением и толщиной порядка трёх сантиметров. В её центре находилась невысокая и узкая калитка, закрытая на два засова сверху и снизу, а также на большой навесной замок очень примитивного вида. Такие уже не делали несколько столетий. Ключ от него оказался у одного из обладателей рясы.

— Это же серебро! — удивился один из них, пока обладатель ключа пытался справиться с древним механизмом. — Зачем кому-то понадобилось делать решётку из этого мягкого и дорого металла?

— Помолчи, — приказал ему ключник.

— Простите, — склонился в поклоне любопытный.

Несколько минут пришлось потратить на вскрытие замка. Но наконец, древний механизм сдался и пропустил людей дальше. Через минуту они вошли в круглое помещение со сводчатым потолком. Это место так же, как коридор оказалось вырублено в камне руками разумных. Высота потолка в самой высокой точке была не меньше пяти метров, диаметр в три раза больше. В центре помещения стояла плита-алтарь с углублением. Так же он имел по краям три прорези-желобка, уходящие к трём каменным плитам, возвышавшихся над полом. Все три украшали те же знаки, что имелись на черепах.

Из того, на что стоило обратить внимание — это несколько десятков ниш в стенах с разрисованными черепами, как в коридоре перед серебряной решёткой. Эти страшные элементы декора тоже были отправлены в сумки. После этого трое из пришедших собрали их у своих товарищей и отправились в обратный путь.

— Расставьте факелы, — приказал ключник. По всей видимости, он был старшим в группе. — И поживее.

Все, кроме него и трёх обладателей тёмно-синих ряс, бросились выполнять поручение. Уже скоро комната была залита ярким светом от живого огня.