— К родственнику твоему, а теперь выходит у моему.

— Вячеславу? Может быть, не стоит этого делать?

— Стоит еще, как стоит.

— И что ты ему скажешь? Снова устроишь драку, разобьешь нос? Там охрана, полно народу, а ты один.

— Да похуй.

— У тебя один ответ на все? Тебе типо похуй?

— Не выражайся.

— Я как хочу, так и буду выражаться, чтоб до тебя дошло. Даже я понимаю, что сейчас не самое лучшее время бить кому-то морду, после новости о трупе знакомой тебе девушке, не находишь?

Повышаю голос, Данил на меня не смотрит, сжимает руль, толкаю его в плечо. Я ведь могла еще там, в полиции сказать, что Сафина не было в ту ночь дома, сказать, что он похитил меня, держал на цепи, надругался, но я не сделала этого. А теперь он сам роет своими руками и гневом могилу и спешит обратно в тюрьму.

— Останови я выйду! Останови, я сказала!— не делает этого, но хоть смотрит на меня.— Что? Мне небезопасно, да? Да какая теперь разница, если ты поехал махать кулаками? Охрана тебе изобьет, а потом заберет полиция и повесят всеми способами убийство девушки.

Данил пакуется у старинного здания, долго молчит, разглядывая кованый резной забор, я не лезу к нему.

— Кто-то рылся в вещах в квартире родителей.

— Что искали?

— Не знаю, там нет ничего особенного, вещи лишь для меня представляют ценность, но это дело рук Минаева, скорее всего он искал те документы, по которым несколько его фирм принадлежит мне.

— Ты показывал их юристу, что приходил утром.

— Да.

Двигаюсь ближе, странно, но в голове что-то щелкает, некий азарт, словно нам предстоит раскрыть преступление и вывести на чистую воду злодея. Я перечитала детективы тоннами, пересмотрела с мамой кучу сериалов и конечно, думаю, что я в этом профи.

— Расскажи, все как было, с самого начала.

Сафин открыв окно закуривает, выдыхает дым в окно.

— Мне дали семь лет за непреднамеренное убийство друга, но я не делала этого, точнее не помню, как делал. Да и не мог я этого совершить.

— Психотропные вещества?

— Не знаю, в крови ничего не нашли кроме алкоголя, но пил я мало.

— Что потом?

— Потом закрыли, вынесли приговор, огласили обвинение и отправили на зону.

— А что Марина?

— Марина вышла замуж за Славку, у них все хорошо как видишь.

— И она ничего не объяснила?

— Нет, ничего, словно и не было меня.

Данил говорит так спокойно, а у меня внутри все переворачивается. Со слов сестры можно было понять, что Сафин вернулся за ней, что любит ее, что все делает назло. Бред какой-то.

Теперь моя очередь долго думать и смотреть в одну точку. Получается, спустя много лет, Сафин вернулся, чтобы мстить, взять то, что принадлежит ему по праву, и разобраться с теми, кто его подставил.

— Ты думаешь это Минаев, все он подстроил?

— Уверен, но нужно это доказать, желательно соблюдая закон, мне как-то мало хочется возвращаться на зону убив эту курсу, там жизнь я скажу далеко не сахар.

— Надо расследовать все самим.

— Ты случайно детективом не подрабатывала?

Вот сейчас мужчина улыбается, выкинув сигарету, смотрит в глаза, двигается ближе, тянет меня за шею к себе. От него пахнет табачным дымом в вперемешку с парфюмом, мне даже нравится этот аромат.

— Моя жена сыщик?

— Фиктивная жена.

— А давай сделаем фиктивных детей?

— Нет, с детьми так не получится.

Целует, но легко касаясь губ, прижимается лбом к моему.

— Спасибо тебе крошка.

— За что?

— Что не дала поехать и разбить Славке морду.

— Обращайся.

— Так что там с расследованием, я готов.

— Ты не трогал ту девушку?

— Клянусь, не трогал.

Отстраняюсь, хотя это очень трудно, Сафин снова сшибает своей энергетикой, если бы он сейчас начал целовать, так как он это делает всегда, пришлось бы кричать и звать на помощь.

— Так, значит, любое место преступление осматривают и фотографируют, а также подозреваемого опрашивает, и берут анализы, также делают вскрытие и определяют причину смерти убитого.

— Так.

— Нам нужны все документы и заключения по твоему делу, а еще лучше имена тех, кто эти заключения писал. Если ты не помнишь и до этого не было таких провалов, то скорее всего, я могу предположить, что тут дело рук третьих лиц и воздействие препаратов.

— А найдя того, кто написал заключение о том, что я чист мы можем кое-что и раскопать.