А теперь он просто принюхался.

Пахло от нее божественно. Как давно уже он не ощущал этот аромат близости, женской кожи, волос. Он любовался красивым изгибом ее шеи, ямочками на щеках. Когда она повернулась, чтобы отпить пива, ее четко очерченный профиль предстал во всей своей красе: несколько заостренный нос, маленькие уши, плотно утыканные пирсингом. Отилия повернулась к Бергеру и посмотрела ему прямо в глаза. Магический синий взгляд. Она подняла руку и медленно провела по его щеке. Он настолько давно не ощущал ничего подобного, что все волоски на руке встали дыбом.

Впрочем, встали не только волоски.

Он ответил на ее ласки. Она закрыла глаза. Казалось, Отилия тоже только и ждала этого момента.

Последовавший поцелуй не только перебил назойливое тиканье внутренних часов и на мгновение заслонил собой время В, но и заглушил голос Молли и плач дочки.

Они ласкали друг друга, везде. Руки скользили под одеждой, по голой коже. Лифчика на ней не оказалось. Тыльными сторонами ладоней она гладила член Бергера, буквально разрывающий джинсы. Сэм стянул с нее джемпер. Она медленно расстегнула его ширинку. Они поцеловались, она впилась в него взглядом.

– Вот как, – произнесла она с каким-то особенным блеском в глазах.

Теперь уже вся одежда была сброшена. Обвив друг друга, они лежали на диване обнаженные.

Она скользила губами по его мошонке, вверх-вниз. Потом отпустила его. Он поцеловал ее живот. Приблизился. Она остановила его. Встала. Взяла его за руку. Татуировка на ее запястье растянулась, как крик из глубины души. Имя «Сэм» в простреленном сердечке. Капля крови.

Она улыбнулась, коснулась татуировки и прошептала:

– Давай наполним ее смыслом.

Конец ознакомительного фрагмента.