Шрифт:
Но это по справедливости, не по их чертовым законам, провались они пропадом. Куда мне лезть со своим уставом…
Стало так мерзко, вот прямо до дрожи во всем теле. Какие все поверхностные и подлые.
И король этот.
Черт, почему же мне так обидно? До жути невыносимо.
Хотелось зарычать от бессилия.
– Отлично! Тогда… выбор сделан и нечего жалеть. И знаешь, все правы, вероятно, мне здесь не место… – проговорила и, повернувшись к девушке, подала ей руку, поднимая на ноги.
Проходя мимо короля, почувствовала его руку на плече.
– Василиса…
– Не стоит. Прошу. Я действительно чужая здесь. Поступай, как нужно, что сделаю и я. Так правильно.
В зале рядом с балконом столпились любопытные оборотни. Не смотрела, достаточно чувствовать их презрение и самодовольство. Не хотела новых скандалов, к чему была готова в своем скверном настроении. Отряхнула платье и гордо направилась к дверям, желая поскорее оказаться за пределами шикарного зала.
Пусть скалится, пока зубы от яда не выпадут. Не зря у змей их всего два.
В кухне не скучала экономка, проверяя посуду. Вероятно, кто-то из гостей не чист на руку, раз пересчитывает. Увидев нас, она покачала головой и поспешила в нашу сторону.
– Нам бы что-то холодное, – сразу перешла к делу, желая приложить к лицу девушки. Это урод знатно ей заехал.
Пельмень контуженный, а не мужчина.
– Лед?
– Будет замечательно. У нее фингал под глазом, – пробубнила себе под нос, придирчиво рассматривая опухающее лицо сестры.
Мало все же я ему врезала. Нужно было косточки помять, ребрышки проредить. Все равно погано все закончилось. Что уж мелочиться.
Жаль, что я не оборотень, не могла достойно ответить.
– Что? – уточнила экономка.
Усердно вспоминала, к чему она задала этот вопрос, а потом поняла. Фингал – вот что смутило, для нее непонятное слово. А вот у нас очень даже популярное и понятное.
– Ммм… след от удара.
– Поняла, – согласилась Кария и прошла куда-то дальше. Вернулась со льдом и полотенцем. Приложив лед к лицу, она тихо предложила: – Возможно, вам нужно к мужу.
Ага, прямо заждался он меня. Бегает и ищет по замку, чтобы успокоить и рассказать, как сломал челюсть капитану.
– Если бы, да «бы» мешает.
– Странно вы говорите.
– Это эмоции, как уж выходит.
– Неужели… это правда? Вы желаете нас оставить?
Нет, ну вот откуда она уже знает? Я это на балконе сказала, не в помещении, притом не кричала в микрофон. Но ведь оборотни все слышат. Неправильно как-то. Никакой личной жизни, даже поругаться нормально нельзя.
– Я только мешаю всем, – прошептала и задрала рукава платья Алены вверх. Черные и желтые пятна были везде. Тело девушки представляло собой грушу.
– Разве можно вот так? Эта гнида на ней живого места не оставила. И я должна была еще смотреть и молчать? Обойдется. Пусть этот слизняк по сторонам оглядывается. Команду «Fass» никто не отменял.
– Изверг, – бросила экономка и крикнула кухарке. – Дадирия, завари успокоительный чай.
Чай… Да что этот чай? Если только что покрепче. Желательно и мне…
Хотя-я-я… не стоит, я пьяная такая обидчивая и справедливая. Все бывшие на звонки не отвечают, когда я им названию, чтобы открыть глаза на их изъяны и мое ангельское терпение. И бомжи во дворе прячутся, особенно Петрович с первого этажа, любитель громкой музыки и отборных матов. Так тихо сидит, даже свет выключает в своей пропитавшейся от самогона кухоньке, вроде как его дома нет.
– Кария, а есть место, чтобы ее не нашли? – тихо спросила. – Нас…
– Ммм… – женщина задумалась на долгую, я бы сказала, вечную, минуту. – Есть, но нужно ли?
– Надеюсь, это не склеп?
– Слышала, вам там пришлось полежать.
– Да холодно там, как-то не понравилось, – поделилась впечатлениями, если вдруг ей захочется испытать новые эмоции.
Женщина кивнула мне и неожиданно призналась:
– Я очень рада, что у нас такая заботливая королева. А то, что беры живут по своим традициям, не стоит обращать внимания, сколько времени они были вынуждены существовать, а не жить. Пора возвращаться к традициям прадедов.
– Выходит, не все так плохо?
– Уверена, все будет хорошо! И я… вам помогу, – заговорщически проговорила Кария, прикладывая палец ко рту.
Улыбнулась и обняла ее, не ожидая поддержки. Все же я не одна.
– Спасибо! – проговорила, вглядываясь в опухшее лицо сестры, которое сейчас светилось от надежды.
Глава 22
Выходила из комнаты экономки, где поселили сестру. Была рада. Мы правда заболтались, да и пока успокоила ее. Отвар удался, похлеще спиртного. Я несколько раз косо смотрела на экономку, пытаясь понять, что там, но она только довольно улыбалась, при этом пожимая плечами. Не успела сделать шаг, как застыла на месте.