Вспышка!

А вот наконец и брусья со стройматериалами подоспели. Теперь осталось быстренько переместить их в «Хранилище», подождать заказ Гундахара и можно валить. Доберемся до припаркованных в километре «Адмирала» и Атласа, и, считай, пронесло. Жаль только, Хангвила с нами нет. Я и не заметил, как в перерывах между «погрузкой» чисто на автомате закупил для него целую гору астрафайрских сверчков. И вот что странно, но хоть он и потерялся, почему-то именно в этот раз я не сильно переживал за его судьбу. Будто бы знал, что с кошачьим медведем всё в полном порядке. Да и что-что, но малыш явно умеет за себя постоять. А по уровню смелости так и вовсе не имеет себе равных. Даже Волгихал оказался не в состоянии его напугать.

– Осторожнее!

Бум!

Одно из бревен сорвалось с общей кучи и упало на землю, прочертив краем борозду. В то же мгновение поврежденный участок почвы начал тускло светиться.

– Это еще что? – спросил Герман.

Гундахар подошел ближе. Затем осторожно смахнул ногой слой песка вперемешку с кусками ржавчины и прочим мусором. Земля засветилась сильнее.

– Проклятье…

– Что?! Что такое?

– Вся эта поляна – одна гигантская магическая печать. И мы стоим прямо на ней.

– Это ловушка?!

– Безусловно. Причём не просто ловушка, а работа настоящего гения. Она сработает лишь тогда, когда мы поки…

– Бежим!

Гром, Скулгур и Кхрош бросились врассыпную.

– НЕТ! СТОЯТЬ! ОСТАНОВИТЕСЬ ТУПИЦЫ!!!

БУМ!

Яркая вспышка света и последующая за ней темнота.

…

Болезненный вдох.

…

Скрип колес, запах гнилой плоти и тусклое освещение…

Сейчас…

– Сдаётся мне, этот Сакуал Хан тот еще псих.

– И это говоришь ты?! Самый безумный игв во Вселенной?!

– Видимо не самый. И заткнись. Трус.

For I can’t help falling in love with you…

Бархатная ширма медленно сдвинулась в стороны, и мы въехали в непроглядную тьму.

Через десяток секунд тележка со скрипом затормозила, уткнувшись в невидимое препятствие.

Повисла тишина, прерываемая лишь робким чавканьем и звуками чьей-то отрыжки.

– Где это мы? – прошептал Глас.

ФС-С-С! БУМ-БУМ-БУМ!

Пространство вокруг озарилось фейерверками, бенгальскими огнями, стробоскопами и вырывающимися прямо из пола потоками яркого пламени. Следом заиграла весёлая военно-патриотическая музыка, и мы увидели его – невероятно жуткого седовласого игва по имени Сакуал Хан. Увитый глубокими шрамами, одноглазый и с адамантиевым протезом вместо ноги, он стоял на сцене в окружении живого оркестра. Позади – подвешенные на цепи пыточные клетки с истекающими кровью «людьми», а перед ним – битком забитый зрительный зал. Волею случая мы оказались в первых рядах.

– Пум-пум-пум-пум-пурум-пум-пум-пум… – широко улыбаясь, игв принялся подпевать оркестру и комично пританцовывать, дирижируя криолитовым колом. А дождавшись финального аккорда, взял в руки саксофон и им же размозжил голову музыканта.

Зал разразился бурными овациями.

В ответ лидер мусорщиков отвесил публике глубокий поклон. Затем резко выпрямился и с силой метнул кол, что пролетел через зал и с хрустом вонзился в лицо незадачливого зрителя, пригвоздив к спинке кресла как его, так и второго сидящего позади.

Послышалось бульканье и предсмертные хрипы.

– Дамы и господа! – как ни в чем не бывало продолжил Сакуал Хан. – Думаю, вам интересно, зачем я вас всех здесь сегодня собрал?

– Да! Да! Да!

Игв выдержал театральную паузу.

– Хорошо. Я расскажу. Однако сперва позволю себе краткое отступление. Как вы знаете, вот уже на протяжении пяти столетий я являюсь преданным поклонником технологий «двадцать первых».

Вверху над сценой загорелся розовый смайлик, и весь зал тотчас же разразился приступом хохота.

– О-о-о, ну зачем же вы смеётесь над бедным стариной Кура-Пира? – расстроился игв. – Это чистая правда! Взять, к примеру, мою любимую игрушку, – свет прожектора подсветил стенную нишу, где покоился самый настоящий боевой экзоскелет. – Встречайте! «Ратник-7»! Величайшее произведение искусства и вершина военной инженерии землян, впервые изготовленная в две тысячи пятьдесят восьмом. Разумеется, согласно их местному летоисчислению.